Новости Тексты Альбомы Клипы
16+
Тексты
Автор: Кирилл Бусаренко.
Редактор: Андрей Никитин.
Дизайн: Андрей Солок

10 лет назад Oxxxymiron выпустил альбом "Вечный жид". Как он слушается сейчас?

Дебютный релиз человека, решившего доказать русским рэперам, что они все делают неправильно.
Комментарии
0

В начале 10-х русский рэп все еще оставался в андерграунде — но уже тогда закладывался фундамент для его превращения в народную музыку. Гуф и Centr покорили страну текстами про молодость с сильным наркотическим флером. Баста сочетал несочетаемое — улицу с мелодичностью и лирикой; этот путь вскоре приведет его на стадионные арены. Noize MC брал лучшее от рэпа, рока и электроники, классно рифмовал и убойно фристайлил. Каста за десяток лет в игре созрела и окрепла. Концертный бизнес был в зачаточном состоянии, но эти имена без радио и ТВ собирали на свои выступления по несколько тысяч зрителей.

За ними шла следующая волна. Группа 25/17 только-только отыскала звук и интонацию, которые превратят ее в большое явление. Прогремели АК-47 и Триагрутрика, талантливые живописатели русской провинции. Любители посложнее разбирали строки гуковского крокодила Рем Дигги. В Москве звучали наркотические гимны Лок-Дога и искренний рэп Marselle и ST. Питер продолжали обозначать на карте Смоки Мо и Krec, Крипл и Обойма. Опережали время D.Masta и V-Style. Уверенно заявляли о себе подземные и нелицеприятные the Chemodan и Типси Тип.








Что их всех объединяло? Назовем это русским почвенничеством, нежеланием равняться на запад. В 2010-м году Канье выпустил "MBDTF", а Drake — "Thank Me Later", уже гремели Rick Ross, Young Money, Gucci Mane и Waka Flocka. Русский рэп на стыке нулевых и десятых не то что не хотел подражать этому звуку и визуалу — он ему оппонировал. Никто не мерился деньгами, все идеализировали бессеребреничество, шутили, что рэперская валюта называется "респект".

Но у этого оформившегося русского рэп-андерграунда был свой нижний подвальный отсек. Он базировался на рэп-форуме hip-hop.ru — кармашке интернета, где устраивались баттловые зарубы. Там было не важно, крутят ли твой клип по ящику — там было важно, какой балл тебе выставили за технику, рифму и раскрытие темы.

И в противоположность почвенникам можно было выделить западников: чаще всего это были рэперы, иммигрировавшие в Германию и впечатлившиеся местным рэпом с сильной баттловой составляющей. St1m, Drago, 1Klass, Czar, Schokk — все они считали, что рэп должен быть агрессивным, жестким, провокационным, направленным на оппонента.





Одним из рэп-западников был Мирон Федоров. Сын физика-теоретика, он родился в Петербурге, с родителями перебрался в Германию, а уже оттуда в Лондон, где поступил в Оксфорд. Интерес к рэпу в начале 2000-х привел его на форум hip-hop.ru — там он не очень успешно баттлился, на несколько лет взял перерыв от рэпа и начал подавать признаки жизни к 2008 году.

Чтобы понять Оксимирона того периода достаточно двух треков — “Я хейтер” и “Лондон против всех”. Письма ненависти “мягкому как паштет” русскому рэпу — немецкий баттл-рэп и английский грайм, которыми тогда заслушивался Мирон, такими по его мнению не были. “Вы читаете рэп? Да. Это бэттл-рэп? Нет — значит, это графоманские стихи, положенные на бит. Небаттловый рэп — это изначально тупое лизание корпоративного анала”, — писал он в середине 2000-х на форуме.










Оксимирон объявлял прежнему русскому рэпу газават — и эта сильная эмоция привлекла к нему внимание. Тур, в который они поехали с Шокком в 2010-м, назывался “Октябрьские события”, намекая на грядущий переворот (в этой команде был и свой Ленин). На концертах поклонники скандировали "На*** Касту!"

В 2011 году в возрасте 26 лет он выпустил дебютный альбом “Вечный жид”, который — по своим же словам — “выстрадал, вырвал, вызвал и выдавил”. 15 сентября записи исполнилось 10 лет. Как этот релиз, которым Мирон бросал вызов русскому рэпу и показывал, как надо на самом деле, звучит сегодня? На том же самом hip-hop.ru были популярны рецензии — и они обязательно были потрековыми. Последуем традиции.





Восточный Мордор

Альбом начинается с яркой зарисовки о жизни Ист-Энда, восточного района Лондона, где “всюду блуд, Болливуд, хлам”. Это классический рэп про райончик, только лихо зарифмованный — там, где условный Гуф рисовал картинку двумя простыми предложениями, Мирон сыпал лексиконом, после которого ты шел гуглить. Эти песни недостаточно было просто слушать — в них надо было вслушиваться и копаться.

В новинку было и звучание — Оксимирон читал под грохочущий околограйм, когда слишком уж много русского рэпа писалось по схеме “кик + снейр + грустный сэмпл пианино”. Не он первым оседлал английские биты — но он первым сделал это настолько умело.

Через “Восточный Мордор” тянется еще одна линия — противостояние Оксимирона и русского рэпа, которому присваиваются эпитет “бабский” и обобщение “парад педерастов”, в то время как сам рэпер выделяется на его фоне как Око Саурона. Серьезных аргументов не приводилось, а спустя время пришло понимание, что их и не могло быть — та же группа АК-47, которая чисто эстетически обязана была вызывать у Оксимирона если не ненависть, то презрение, на поверку оказалась крайне самобытным явлением, чьи тексты в прямом смысле писались на коленке, и чей гений был в наивной простоте.

А тогда Оксимирон думал так: “Я даже проводил следственный эксперимент — пару раз накуривался в полную смятку и ставил “АК-47” и все такое. И меня впирало!”

В том же треке Мирон озвучивал планы на будущее — “Я уйду лишь, когда будет под пятьдесят”.



Тентакли

Депрессивная (бит созвучен дождливому Лондону) зарисовка, которая сводится к тому, что Мирон бросает работу и запрыгивает на мчащийся поезд русского рэпа в надежде то ли захватить кабину, то ли пустить под откос.

“Я только закончил университет, работал по 12-15 часов в день без выходных и жил в подвале без двери у одного сердобольного профессора, а позже — в немебелированной, неотапливаемой комнате над тату-салоном, которую снимал у палестинского мошенника, ныне сидящего в тюрьме”, — так Оксимирон описывал себя того периода.

Рэпер, который пытается пробиться — один из классических архетипов жанра. И, возможно, “Тентакли” дожила до сольных концертов и сохранилась лучше остальных треков с альбома благодаря этому — отчаянно рефлексирующему Мирону на ней легко сопереживать.

“Я знаю, мне не хватает самоорганизации // Ведь я умею только жаловаться и огрызаться” — через несколько лет Мирон начнет, по своим же словам, строить империю, а к списку умений прибавится “делать рэп и *******”.

А к 2021 году станет очевидно, что поезд пошел совсем по иному направлению, а некогда машинист либо сошел с него, либо затаился в топливном отсеке.






Спонтанное самовозгорание

Кто не знал, до “Биполярочки” у Оксимирона уже была песня про маниакально-депрессивный психоз — и есть ирония, что “Спонтанное самовозгорание” расположено в альбоме сразу после “Тентаклей”.

Мирон под эпичный бит (кому-то все объяснит сэмпл E.S. Posthumus) читает, что трахает скелет русского рэпа, который “поднялся с кортов”. Звучит это все как аудиоверсия полотна Босха — гротескно и не очень приятно.

“Спонтанное самовозгорание” — это Оксимирон в своем хейтерском прайме. Буквально за год он решит, что в творчестве у него могут быть задачи поинтереснее — а разъеб и деконструкцию оставит для баттлов Versus.

А еще здесь Мирон забавно протягивает “Неееееееет” и “Вагабууууууунд” в припеве. Вообще, есть небольшой парадокс — если Мирон читал рэп по западным стандартам, то вот пел он с интонациями советского рока (а в интервью рассказывал, что до хип-хопа много слушал Аквариум и Гражданскую оборону). Из этой манеры пения в будущем родится песня “Хитиновый покров”. Возможно, лучшая у него.



CCTV

Самая необычная песня на альбоме, где нет баттла, агрессии, да и самого Мирона — а есть антиутопичный рассказ про “большого брата”. “Горгород” выйдет только 4 года спустя и заставит половину интернета массово читать или писать эссе с разбором сюжета — но его черновик можно найти на “Вечном жиде”. И если включить его в треклист альбома 2015 года, то никто не заметит подвоха.



До сих пор МС

Одна из главных претензий Мирона тех лет к русским рэперам звучала так — они могут только копировать, а если делают что-то свое, то быстро упираются в комфортные рамки. А вот Мирон не такой — он как все начинает с “пачек кассет”, потом ищет “своего персонажа” (“Весь мой рэп — это была помесь Саваша и Маршалла”) и не лезет на свет, пока не отточит скиллы (“Я не вылезал специально из катакомб, пока не понял все трюки на битах // Весь арсенал метафор, первый в UK и последний из могикан”).

В припеве он провозглашает себя создателем нового стиля и шеймит подражателей. Но сейчас очевидно, что если копии Оксимирона и существовали в реальности, то дальше фанатских пабликов они не продвинулись. Вообще, он оказался слишком индивидуальным, чтобы породить сонм артистов-последователей. Много ли мы знаем таких как Кендрик Ламар? А таких как Future — легионы.

“Если я, не дай бог, что-то зачитал и вылетел из ритма на миллисекунду, я вернусь на студию через весь город и перезапишу”, — так Мирон объяснял свое отношение к рэпу.

Кстати, ходит байка, что “До сих пор МС” не была дописана в срок, поэтому вместо третьего куплета в ней играет инструментал как будто с вечеринки Boiler Room.



Привет со дна

Некоторые непостиронично названные песни со временем становятся постиронично названными песнями. Через несколько лет Мирон запишет фит с талантливым белорусом и выйдет хит, а пока что попытки в лиричные песни получаются вот такими. Смешнее всего вспоминать, какой локальный всплеск породил фит Оксимирона с рэпером dom!No — Мирон называл его полностью самобытным, а вот форумщики считали “суицидальным нытиком”.







Вечный жид

Вечный жид — библейский персонаж, вынужденный скитаться до второго пришествия Христа. И этот несомненно романтичный образ странника станет важной частью образа Оксимирона — лейбл Vagabund, тур и микстейп “Долгий путь домой”, песня “Пора возвращаться домой”, строчка “Дон ли, Волга ли течет, котомку на плечо” в конце концов. Эмигрант, который не может найти себе место в русском рэпе, совсем не нужен западному и поэтому должен протаптывать свою дорогу.

А звучит песня, как если бы у Amnesia Scanner был сайд-проект с рэпом. Сейчас и тогда — трек, через который нужно было пробиваться как айтишнику через строки поломанного кода. Но, возможно, в этом и был смысл заглавной песни альбома, претендующего на терраформирование жанра. Не осилил — проверку не прошел.



В бульбуляторе

Оксимирон под булькающий бит занимается самокопанием — вспоминает, как подростком не смог остановить компанию, решившую накурить хомяка. По параноидальности это почти духовный наследник “Вождя” Гуфа и доказательство — Мирона интереснее всего слушать, когда он баттлит не кого-то, а себя.



Судьба моралиста

Когда-то мамо-закончите-сами казалось страшной провокацией. Для западного баттл-рэпа, на который равнялся Мирон, это было нормой — а в России к этому привыкли только с появлением “Версуса”.

Неподготовленный слушатель, скорее всего, дослушивал “Судьбу моралиста” с непониманием — у него не было необходимого контекста, он вряд ли подозревал о существовании онлайн-баттлов и был в курсе форумных приключений Оксимирона. Таким “Вечный жид” и кажется как альбом — ответкой хейтерам из комментариев. Мирон не зазывал нового слушателя, он стремился доминировать над старым и по пути раздать вербальных оплеух недостойным.

Со временем Оксимирон откажется от бессмысленной агрессии — как минимум будет чаще направлять ее на себя, а не на абстрактных “неправильных”. У него начнется период усиленной саморефлексии — выйдут “Неваляшка”, “Не от мира всего”, “Признаки жизни”, “Хитиновый покров”. В них будет куда легче сопереживать герою, нервному и внезапно для себя оказавшимся нужным как глянцу, так и слушателям.



Цифры и цвета

Еще один пример, что “Вечный жид” писался в режиме баттловика — одна большая схема-автобиография, начерченная в строго заданных условиях. Первый куплет Мирон перерифмовывает порядковые числительные, второй — строит нарратив через цветные метафоры и фразеологизмы. В интернете этот трек считали доказательством, что у Оксимирона синестезия — то есть он ассоциирует буквы и слова с определенными цветами.



Russky Cockney

Мини-экскурс по жизни Лондона, по которому лучше не ходить туристам, а в идеале — наблюдать строго за толщиной пуленепробиваемого стекла. 2 минуты Оксимирон в режиме Duolingo под дребезжащий бит учит британскому сленгу с его “вагванами”, “скруфейсами” и “бадманами”.

И в этом отыскивалось привлекательное противоречие — Оксимирон представлялся одновременно лондонским снобом и русским эмигрантом (тут вспоминается клип “Я хейтер”, где Мирон появляется в цилиндре), оксфордским умником и форумным троллем, он читал в английском стиле, но пел так, как слышал это в детстве на кассетах с русским роком. В жанре, как казалось, попросту не было таких комплексных персонажей.

А в клипе на секунду мелькнул молодой рэпер Markul. В этом году он стал соавтором хита “В моменте”, а вот у его ментора 10 лет назад было другое настроение — вслед за “Russky Cockney” идет композиция “В говне”.





В говне

У любого рэпера на одном из его дисков должен быть трек о том, как все вокруг плохо и из этого надо выбираться. Это первый небаттловый трек Оксимирона (получается, страггловый?), написанный им с дипломом в одном кармане и с дырой — в другом. Его автору 26 лет — кажется, что врываться в рэп уже поздно, звездами становятся куда более молодые герои, а он продолжает переть, потому что “тут уж либо бэттл-рэп, либо на шею петлю”.

Многие песни с “Вечного жида” — это переработки старого материала. Оригинальная версия “В говне” начиналась со слов “В Лондоне по-прежнему идут дожди”, а вот в обновленной звучит “Прошло три года и ничего не изменилось”.



Крокодиловы слезы

Очень личный трек, которых в дискографии рэпера меньше чем рифм на глаголы. Оксимирон читает про распавшийся брак — и пускай во второй половине песня превращается в рассказ о себе, все равно становится очевидно, что Мирон может не только изощренно кричать на облака, но и непошло писать про любовь (“Я сказал железно: "Всё!" — но ты коррозия металла”).



Жук в муравейнике

Финальная песня альбома сводится к мысли, что русский рэп — сборище бестолковых муравьев, когда Оксимирон — способный навести шороху жук. Название трека позаимствовано у Стругацких, где нюансов было куда больше — жук там оказывался лишь теоретической угрозой и в идеале спокойно бы покинул муравейник, никому не навредив.

Меньше чем через год Мирон переберется в Россию, влюбит в себя все медиа, выпустит отличные песни, станет собирать на концертах толпы и раскрутит Версус. Словом, всё докажет всем — и в первую очередь, себе самому. Параллельно муравейник русского рэпа тоже претерпит существенные изменения. И станет казаться, что перепахал его не жук-Оксимирон, а просто сам ход времени, смена поколений, трендов и ориентиров, новые соцприложения, новые потребительские привычки и прочее, и прочее. Найдется ли теперь в новом муравейнике место старому жуку — это интересный вопрос.


comments powered by Disqus
Больше похоже на галерею современного искусства.
Не называет имен, но многое сходится.
Все обсуждают "Bandana", Моргенштерн выбирает кличку собаке.