Клипы Альбомы Тексты Новости
16+
Тексты
Интервью: Лёша Горбаш

"Я либерал и профеминист, но мне многое не нравится": Jubilee — о новом альбоме, рэп-индустрии и феминизме

Jubilee рассказывает про новый альбом, баттл с Похоронил, цветные косички, работу курьером, доходы от стриминга — и может ли он без смеха сказать "авторка".
Комментарии
0

Jubilee — артист из Петербурга, на днях выпустивший первый за полтора года релиз "Меланхолия Drive". Первую работу, которую Никита Кондратенко называет "альбомом". В нашем интервью он рассказывает про релиз, объясняет, почему пауза в 14 месяцев между релизами не приговор, что пошло не так в баттле с МЦ Похоронил, а также объясняет, что хоть и считает себя профеминистом, у него есть много вопросов к современным SJW-активистам.



— Ты всегда называл “Emoji FM” серией микстейпов. “Меланхолия Drive” — уже альбом?

— И тогда говорил, и повторю сейчас: в 2019 году этих понятий не существует. Можешь хоть плейлистом назвать, это все равно просто компиляция песен, загруженная в сеть. Но если речь о том, что микстейпы подразумевают кустарную работу на коленке, а альбом пишется ответственно и серьёзно, то да, “Меланхолия Drive” — это вполне себе альбом.

У меня всегда было ощущение, будто я коплю ману для чего-то особенного, поэтому на тех же “Emoji FM” кое-что было сделано спустя рукава. “Меланхолию” я вытачивал 14 месяцев, написал все песни, которые всегда хотел написать, и жестко фильтровал треклист. С “Emoji FM” была более расслабленная работа, я позволял себе вставлять проходные треки, каюсь.


— Что пошло не так с твоим баттлом против МЦ Похоронила?

— Шёл, потому что спортивный интерес, давно не баттлил и соскучился. Специально выбрал соперника посильнее — Пох, по-моему, точно входит в топ-3 русскоязычных баттлеров. Риски осознавал, ясен пень, он опытнее, но так же интереснее, чем выйти против лоха какого-нибудь.

Технически мне выступление мое нравится — и как выступил, и как написан текст. Другое дело, что стратегически, конечно, совершенно не туда метил — большинство панчей улетело мимо. Но ничего страшного, наверстаем.







— Год без релиза — это самоубийство при нынешних темпах работы рэп-сцены?

— Нет, конечно. Если бы я был фрешменом с мамбл-рэпом, то такая пауза, может, и стала бы поводом для беспокойства — у “бэнгероделов” не очень стабильная аудитория, потому что эти МС взаимозаменяемы, как мне кажется. А я стараюсь делать музон, который формировал бы долгосрочную связь со слушателем, поэтому у меня есть небольшая, но дико преданная аудитория, чему я о*уеть как рад.

В краткосрочной перспективе, наверное, правильнее было бы просто дропать релиз каждые полгода, но я очень долго сижу над текстами. И мои слушатели это ценят — стриминги весь год растут, как и продажи мерча и билетов на концерты.





— Над какой песней с релиза работал дольше всего?

— Над теми, которые в итоге в альбом не вошли. Мне они нравились, я долго с ними возился и кучу раз переделывал, но в итоге так и не получилось сделать из них то, что я задумывал. А из вошедших — “Небо падает”, с ним тоже долго сидел.


— Ты писал, что потратил на запись очень много денег. Сколько?

— Плюс-минус 300 тысяч за всё. Для сравнения: третий “Emoji FM” стоил где-то 40 тысяч.

Я никогда столько не тратил на производство музыки, слава богу, сейчас есть такая возможность. И это ещё без сведения — им занимался Витя, звукорежиссёр Little Big, ему понравился музон, и он сказал, что готов вписаться бесплатно, за что ему огромное спасибо. Еще успел поработать с звукорежем ДДТ и Кирпичей, он как раз сводил первую песню на альбоме, где гитарное звучание.


— Откуда такая любовь к скитам?

— Это к разговору о том, чем в наши дни альбом может отличаться от сборника треков. Мне нереально скучно просто лить песни на площадки, хочется все окутать мифологией и объединить каким-то общим мотивом, упаковать в одно цельное произведение. Я обожаю скиты De La Soul или Эминема — они всегда невероятно креативные и очень круто оживляют компиляцию.

На “Emoji FM” я нащупал идеальную для себя структуру релиза — со всем этим многослойным повествованием, пробиванием четвёртой стены и так далее. Но в тот раз все делалось на коленке, я не до конца понимал, как строить сюжет.

Да и мы с Ванессой не профессиональные актёры, с “Меланхолией” я заморочился посерьезней. Прочитал уйму книжек про сценарное мастерство, долго всё продумывал, обращался к сценарным докторам — знакомым профессиональным сценаристам, которые помогли всё допиливать.


— Скиты озвучивают актёры дубляжа, верно?

— Да! Я сначала стремался их звать, так как боялся, что слишком знакомые голоса испортят атмосферу. Позвал театральных актёров, но с ними вышла полная лажа, мухосранский областной театр. В итоге сел искать актеров дубляжа на “Кинопоиске”, переслушал пару десятков и выбрал самых крутых . Ты их слышал в кино кучу раз — Мария Фортунатова, например, озвучивала Чудо-Женщину, Александр Гаврилин — Локи, а Прохор Чеховской — это русский голос Джесси Айзенберга.


— Можно ли сейчас добиться успеха с помощью полноценного альбома, а не отдельных синглов?

— Конечно. Примеров полно, о чем речь? У меня туры появились как раз после того, как я наконец решился выпустить “Emoji FM”. У меня большие амбиции, но даже если “Меланхолия” не сделает меня звездой большого масштаба — ничего страшного, ещё побоксируем. Художники должны вы**ываться перед вечностью, а не перед современниками — об этом легко забыть, пока считаешь репосты.


— Ты много лет экспериментировал со стилями: от баттловых треков до поп-стилистики. Судя по этому релизу, сейчас тебя всё устраивает на 100%. Когда понял, что эта версия себя — оптимальная?

— А с чего ты взял, что сейчас меня все устраивает на 100%? Я вот даже несколько песен не взял на релиз, потому что тупо не смог их правильно спеть — не хватает навыков. Мне уже предложили их выкупить, но я ни за какие деньги их не отдам. Будут лежать, пока не научусь круто петь.






— Строчка “Твои цветные косички тоже в рот е***” — что не так с новой школой?

— Во-первых, цветные косички. Меня они раздражают примерно так же, как обмазанные воском бороды у парней из барбершопа. Во-вторых, дело не в новой школе, мне всегда мало музыки нравилось. 10 лет назад я читал “на*** твои подъезды и рэп под пианинку”, сегодня — косички. Я уверен, в 2030 году 95% музыки также будет идти мимо меня. Мне нравится рэп, который прямо “рэп” — с рифмами, с крутым флоу, минимум вокала. Тот же Хаски или, например, Mnogoznaal.

Попсу я тоже дико люблю, но когда она вылизанная и идеально спета. Я не вкачиваюсь от рэперов, которые откровенно плохо поют и начитывают текст в духе чувака из Время и Стекло. А разговоры про “это стильно, ты не шаришь за вайб” можете одноклассницам рассказывать.


— Сколько заработал за 2018?

— Серьёзно? Деньги любят тишину. Это какой-то бред. Я вообще не понимаю, почему люди считают, что должны отчитываться перед условным Дудем насчет своих доходов.


— Окей, тогда так: можно ли сейчас жить на стриминг?

— Стриминг — абсолютно гениальная тема. В какой-то момент казалось, что единственным источником бабла для исполнителя в новой эре будут концерты. А в итоге оказалось, что нет необходимости с горящей жопой доделывать релизы, чтобы пиарить свои туры, ведь можно спокойно жить на стриминг и работать в студии столько, сколько потребуется. Очень круто, что человек платит 100 рублей в месяц и может легально слушать твою музыку. Ты при этом получаешь значительно больше, чем 100 рублей. Те, кто говорит, что стриминг убивает музыку, просто не видят полной картины. Это спасает музыку, позволяя артистам посвящать себя написанию новых песен, а не вечным гастролям.


— В “FYPM” ты читаешь, как перепробовал много разных профессий. Самая адская из них?

— Я доставлял документы по Питеру, работал курьером. До этого работал в магазине телевизоров, скучно было сидеть на одном месте — думал, класс, посмотрю на город. А зимой в -28 оказалось, что это не такая замечательная идея. Плюс, к курьерам относятся хуже, чем к обслуживающему персоналу, — на тебя даже не смотрят.


— В той же песне есть строчка про отца, который в девяностые “оставил в казино полквартиры”. Какие у вас сейчас отношения?

— Отличные. О***нный мужик, которому просто не повезло — казино это же болезнь и трагедия, а не негативная характеристика человека. Я рад, что этого дерьма больше нет в городе — понятно, что подпольных казино ещё много, но они уже не так доступны. У меня есть фанат, который меня слушает лет 10 и с которым мы давно уже стали приятелями — отличный чувак. Он недавно за две недели всадил 700 тысяч на “Леоне” и других тотализаторах, увяз в долгах и началась просто жопа. А я ещё рекламировал эту шнягу, п*****!


— Песня “Насквозь” — реальный опыт?

— У меня везде реальный опыт, мне неинтересны собирательные образы и выдуманные обстоятельства. Кто-то видит песни как сценарий фильма, в котором можно придумывать что угодно, но я вижу песни как личный дневник. В сто раз интереснее, когда все based on a true story.


— На релизе есть трек “Состариться один”. Реально боишься этого?

— Меня немного пугает, что я не могу ни с кем пробыть дольше нескольких месяцев. Я быстро загораюсь и также моментально быстро остываю. При этом я смотрю на эти парочки пенсионного возраста, это же п***** мило! Как они друг с другом прожили 50 лет? Какие секреты счастливых отношений они утаивают? Это какая-то утраченная и забытая техника, неподвластная нашему поколению — у всех моих друзей родители либо в разводе, либо на дух не переносят друг друга. И как с такими примерами перед глазами верить в счастливую старость не в одиночестве?





— Тебе комфортно среди рэперов?

— Я в детстве поменял четыре школы, постоянно был новеньким и в целом привык к тому, чтобы быть белой вороной. Одно время хотел стать частью комьюнити, но после первых знакомств желание как-то поугасло. Очень редко с кем удается найти общий язык, это правда — с большинством рэперов мне сложно поддерживать диалог дольше пяти минут, потому что голова начинает болеть от бреда, который они несут. У меня одна и та же компания последние лет шесть, она не сильно меняется — в том числе по этим причинам.


— Уместна ли мизогиния в рэпе?

— Я задумался об этом, когда американская либеральная тусовка в прошлом году сперва наехала на Offset за использование слова “queer”, а потом и на Эминема за строчку в адрес Tyler, the Creator. То есть, им нормально слушать тексты рэперов с максимально лютым отношениям к женщинам, а за шутки про геев чуваков заставляют извиняться!

На “Афише” как-то написали, что у меня в песнях “отношение к женщинам как к куску мяса”. Мне было неловко, потому что это просто неправда. Но из-за каких-то панчлайнов кто-то реально так подумал.


— Слово “тёлка” — ок?

— Абсолютно, конечно.


— При этом по твоему твиттеру складывается впечатление, что ты — профеминист. Всё так?

— Я всецело за все виды моральных и юридических прав для женщин. Но, к сожалению, большинство активисток — совершенно неадекватные и только вредят сами себе. Люди спрашивают: “Эх, куда подевались субкультуры, где эмо и готы?” — да никуда они не делись, просто теперь это называется “активизм”.

Большинство из них примкнули к движению просто для того, чтобы быть частью какого-то комьюнити и наполнить свою жизнь смыслом — это карго-культ, активисты абсолютно не понимают, как нужно работать с повесткой и доносить свои идеи. Никто не будет вникать в твои идеи, если ты просто орешь и закатываешь истерики. А стоит указать на их агрессивное поведение или предложить своё решение, в ответ они психуют в стиле: “Боже, конечно, мужики будут учить нас, как нам бороться за наши права”. Это просто смешно, эти люди никогда никого не смогут ничему обучить — они не хотят менять мир, они хотят ныть в твиттере и фоткать тампоны.

В России тоже есть гиперагрессивные активисты — и они тоже выглядят дико, ведь вроде как борются за идеи добра и равенства, но излучают только злобу и желчь. Я пытался несколько раз начать с ними спокойный диалог, чтобы они объяснили мне свой алгоритм мышления. В ответ я каждый раз получал отказ и предложение “погуглить исследования”. Эту фразу про “исследования” они реально считают каким-то неопровержимым аргументом и используют как оберег.

И феминитивы — это смехотворно. Я не могу без смеха сказать “авторка” или “блогерка”.


— Что тебе ещё не нравится в социальных активистах из интернета?

— Я либерал до мозга костей и профеминист, но мне многое не нравится. Не нравится, что на почве избрания Трампа какая-то часть прогрессивного населения США тронулась кукухой и с пеной у рта ринулась грызть глотки всем, кто хоть на йоту не согласен с либеральной повесткой. Не нравится, что Америка владеет монополией на культуру, из-за чего весь мир медленно заражается идеей охоты на ведьм и радикального либерализма. Не нравится, что американские левые СМИ на самом деле не приемлют никакого diversity, а хотят видеть по всему миру только свои ценности и никаких других.

Это касается и отношения к чернокожим — все же помнят как американские издания пинали польских и чешских разработчиков за то, что в их произведениях про Польшу и Чехию нет чёрных людей, несмотря на то, что исторически их там практически не было. Мне не нравится, что США требуют, чтобы все белые люди мира испытывали чувство вины перед чёрными, хотя лично у моего прадеда не было чёрных рабов. Эта проблема чисто американская, почему я должен раскаиваться за грехи американского народа? Я нормально отношусь ко всем расам, но почему я должен на цыпочках ходить?

Если бы мы были в Америке, за такой ответ меня бы начали бойкотировать абсолютно все издания, концертные агентства и радиостанции. Если и у нас все пойдёт таким же путём, то через лет пятнадцать мне припомнят это интервью и заставят извиняться за него.


— Песня “Русская зима” вдохновлена русским фольклором. Откуда это?

— Это же самая жуткая хрень, которая только может быть. России давно нужен свой “X-Files” — чисто про наши, СНГ-шные мифы. Русский фольклор — это чистая крипота, хоть в детстве это и казалось чем-то скучным. Я, как и все, рос на западной культуре, но все равно мое сознание пропитано всеми этими отечественными сказками и былинами.

И меня адски пугает это всё, серьёзно. Ты знаешь, почему самый популярный поджанр фильмов ужасов — привидение в доме? Потому что твой дом кажется тебе единственным местом, в котором ты можешь быть в абсолютной безопасности. И вот когда в эти родные стены, в твою крепость, которая защищает тебя от всех невзгод мира, проникает что-то абсолютное чужое и непонятное — это рождает просто первобытный ужас. Такая же штука с русским фольклором — если то, что тебе знакомо с детства и всегда казалось чем-то безобидным и наивным, обернуть сюрреалистичным хоррором, это будоражит до дрожи.


— Как мама отреагировала на песню “На один смысл меньше”?

— Расплакалась и сказала, что придётся жить вечно.





comments powered by Disqus
Понятный гид по проекту, в котором Скепта, Тимберлейк и Noize MC озаботились образованием юных музыкантов. Advertisement
Пора признать: Тимати всё ещё отталкивающий персонаж, но за ним впервые за долгое время интересно следить.
Много Бората на этой неделе, Snoop Dogg и Travis Scott вступили в войну консолей, Гуф желает доброго утра.