Новости Тексты Альбомы Клипы
16+
Тексты
Интервью: Лёша Горбаш

Basic Boy: “Рэп — это не моя тема”

Большое интервью с участником Dopeclvb. О рамках хип-хопа, положении дел в Dopeclvb, конфликте с Thomas Mraz и будущем сольной карьеры.
Комментарии
0

Basic Boy — участник уфимского объединения Dopeclvb, одного из главных явлений новой школы последних лет. Вы можете знать его по общим доупклабовским релизам и совместным работам с Glebasta Spal, а также по двум сольникам — “Supernormal, vol. 1” и “Superlove”.

Музыка Basic Boy — простая и человечная, во многом отражающая его псевдоним. Герой его песен — максимально relatable персонаж для всех, кому немного за 20. Как раз в этой простоте и скрывается талант Макса. Не усложнять простое, не выдумывать колесо заново. Подсказка есть и в псевдониме, музыка Basic Boy — базовая. Но это вовсе не означает "плохая" или "серая". Просто этот тот случай, когда литературный герой артиста и он сам — максимально близкие друг другу персонажи. А заодно и слушателю.

Наше интервью — о нынешнем положении дел в Dopeclvb, ограничениях рэп-музыки, конфликте с Thomas Mraz и будущем сольной карьеры.


— Что из себя представляет сегодняшний Dopeclvb?

— Сейчас всё вообще по-другому. Каждый двигается сольно, появился целый бренд, делается одежда. Я тоже делаю сольные вещи, планирую тур. Федя i61 занимается “Shelby 3”. Glebasta тоже что-то делает, пусть для нас это и остаётся мистикой. Суть в том, что сейчас все двигаются отдельно и я не уверен, будем ли мы ещё выступать все вместе. Все повзрослели.

А тогда нас было шестеро. Молодые и перспективные, все хотят чего-то добиться, делают что-то необычное, юношеское и максималистское объединение, которое пыталось делать что-то свежее. Кажется, у нас и сейчас получается. Многие сейчас пытаются делать то же, чем мы занимались в 2012 году. Сейчас это стало актуальным, а тогда были только зачатки.


— Сразу понимали свой потенциал?

— Всё пришло само. Мы просто делали музло по фану. Хотелось делать то, что мы сами сможем слушать. Помню наш первый концерт в Уфе. У нас 2000 человек в группе — казалось, это невероятно много. Думали, к нам стопудово придёт человек 200, ещё и денег поднимем. Мы уже посчитали потенциальный доход. А в итоге было человек 20. Было забавно.


— Нормально выступать, когда в зале столько же человек, сколько на сцене?

Было неловко, но мы просто посмеялись. Вообще, количество людей сильно влияет на выступление. Но бывали и концерты на 50 человек, после которых им позавидовали бы и 300 зрителей.


— Был момент, когда поняли: Dopeclvb — это вау?

— Мне кажется, он до сих пор не стал чем-то таким. Или я изнутри этого не замечаю. Всегда есть стремление к чему-то большему. Не знаю, как оценить наше влияние со стороны. Можно, конечно, говорить, какие мы крутые и как мы жёстко на всех повлияли. Но это же тупо и несправедливо.





— Как сам пришёл к хип-хопу?

— Я начал слушать рэп в тот же момент, когда начал его записывать, году в 2011. Виталий из Лауд и ещё один наш товарищ, с которым мы учились в школе, показали мне Stones Throw и J Dilla — переться по хип-хопу я начал с такой музыки. Это сильно повлияло на моё видение хип-хопа. А когда появился Dopeclvb, стали появляться A$AP Mob, Odd Future — на тот момент они были нашими ориентирами.

И альбом Kendrick Lamar “good kid, m.A.A.d city”. На тот момент я ещё не понимал, что значит “флоу”. Уже применял его, но неосознанно. И тут я шёл из универа, слушал этот альбом и понял: “А, так вот, как это работает”. На примере Kendrick и Rocky я узнал, что такое флоусвитч. Но вообще я скорее фанат музыки, без жанровой привязки. До появления хип-хопа в моей жизни я рос на роке: от хардкора до эмо-панка в стиле My Chemical Romance. Сейчас я редко слушаю хип-хоп и больше ориентируюсь на другие жанры.


— На кого тогда оглядывался Dopeclvb?

— У нас был один ориентир — делать “не так”. Не чтобы кому-то насолить, а потому что мы видели именно такое движение. Но у каждого были свои приколы, и это в итоге дало каждому уникальный стилёк.


— Любимый “Dopetape”?

Мечусь между третьим и четвёртым. Оба — прорывные для нас релизы. Третий помимо прочего был прорывом лично для меня, потому что я начал пользоваться автотюном и открыл новые грани своего голоса. И тексты того периода мне нравятся намного больше, чем сегодняшние, но это лично моё мнение. А на четвёртом мы показали себя как сформировавшиеся артисты. Первые два тейпа — это скорее проба пера.


— Кто ваш самый недооценённый участник?

— Glebasta. Я слышал его новые песни — это нестандартно и круто. Он одновременно справляется с мелодикой и флоу, крутые биты. Но он просто не хочет это выпускать. Такое у него видение: записал трек, а через час ему уже не нравится. Надеюсь, когда-нибудь мы сможем донести до него, что эту музыку надо выпустить.


— Уфа. Что это за место?

— Довольно простой город. Уютный и приятный. Кто-то думает, что в Уфе опасно, потому что это провинция, но это не так. Мне там всегда комфортно, когда я возвращаюсь. Но когда начинаешь жить в другом месте, чувствуешь провинциальный застой. Позиционирую Уфу как младшую сестру Казани. Там всё намного круче с точки зрения инфраструктуры. Мне немного жаль, потому что Уфа мой родной город, хотелось бы тоже на него повлиять. Хочется видеть разнообразие и движуху.


— Ты занимался граффити. Менты загребали?

— Бывало, да. Году в 2009. Мы просто рисовали что-то у арки, а тут бац — копы, они нас крепят. А это последний день школьных каникул. Приехали родители, забрали нас. Они нормально к этому отнеслись: посмеялись, заплатили штраф 500 рублей. С граффити скорее связаны истории знакомства с чуваками. С тем же Boulevard Depo, скорее всего и с Федей i61 я познакомился через граффити-тусовку.

Если ты видел клип “Music Make U Move”, он как раз снят в локации, которую мы называли “гетто”. Просто стройка, куда мы приходили рисовать. Культовое место для движухи.





— Год назад i61 говорил, что вы все вместе снимаете в Питере квартиру. И сейчас?

Да, только квартиру поменяли. Когда переезжал, боялся, что будет некомфортно. Моя комната всегда была местом, где можно спрятаться. А тут я приехал и большую часть времени жил с кем-то. Но всё круто. Это не левые люди, все друзья. Нас многое объединяет, все воспитанные. Минимальные конфликты возникают из-за быта: “Помой посуду”, “Всё в говне”. Базовые вещи. А глобальных конфликтов за это время не происходило. В будущем я представляю жизнь одному, но я понимаю, насколько привык жить с ребятами и создавать с ними. Можно не выходить из дома, потому что весь рабочий процесс сконцентрирован внутри него.


— Окей. Ты хочешь привести девушку домой, что делать?

— Скорее всего, домой я её не позову, потому что все будут ругаться. Я делал так на заре жизни в Санкт-Петербурге. Но это было тупо, неудобно и неловко. Если вдруг сильно захочется, можно снять номер в отеле, чтобы никому не помешать.


— Thomas Mraz. С чего начался конфликт?

— Алмас захотел уйти на Booking Machine. Никто ему не запрещал, просто было неприятно, как он это подавал. Мы мирно всё обсуждали, нам нужно было понять, как дальше работать вместе. У него было условие на ограниченное число концертов с нами, и это создавало много проблем для нас. Понятное дело, что Алмасу это проблем не доставляло, и мы пытались донести до него нашу точку зрения.

Всё было ок, он уже подписался и всё ещё был в Dopeclvb, все продолжали общаться. В какой-то момент один из наших конфликтов привёл к усугублению ситуации. И он просто написал в твиттер, не предупредив нас: “Я покидаю Dopeclvb”, — ну и иди, пожалуйста.

Просто человек так нам это подал, что было стрёмно: мы вроде были друзьями. Можно было намного проще это решить.





— Когда общались в последний раз?

В июне. Мы пересеклись, чуть не подрались. Хочется верить, что люди меняются. Но я увидел, что он говорит о тех же вещах, что и год назад, выливал всё то же говно на меня. И мои косяки тут тоже есть. А на следующий день я проснулся и подумал: “Да ну на***”. Больше желания общаться у меня нет.


— Нет трений с другими из-за того, что продолжают работать с Алмасом?

— Нет, мы наоборот шутим, что на альбоме Лауд не хватает только Glebasta, чтобы был полноценный Dopetape. Это альбом ребят и им решать, что делать со своей музыкой.


— У тебя выходил микстейп на английском. Зачем?

— Тогда я почему-то подумал, что клёво разговариваю на английском и могу записать рэп на нём. Сейчас иногда натыкаюсь на те треки и думаю: “Это плохо, не надо было это выкладывать”. Но я и на русском тогда не особо клёво делал. Лучше бы я выпустил микстейп на русском, который стал бы вехой развития и тренировкой, чтобы я начал нагонять опыт. Тот релиз я предпочитаю не вспоминать.


— Почему русскоязычный дебютник вышел только в прошлом году?

— Подходил к этому моменту. Долго двигались с Глебом, по-прежнему доволен нашими релизами. Но в какой-то момент понял, что надо работать и сольно. Я записал и свел его за 10 дней и сразу выпустил. Когда понял, что мне не будет ни за что стыдно. Сейчас вхожу в рабочий ритм и хочу наверстать упущенное.


— Откуда собаки на обложке?

— Это мои собаки, живут с мамой в Уфе, пудели Соня и Джексон. Изначально придумывал другую обложку, а потом Виталик подкинул эту идею. А она позитивная и добрая, почему нет, хорошо отражает вайб альбома. Мы с мамой поехали фоткаться к моему товарищу. Один я бы не смог, потому что собаки сошли бы с ума.


— Как мама на музыку реагирует?

— У меня довольно религиозные родители. Я как раз сводил “Supernormal” и подумал, что надо показать маме что-то: “Мам, давай включу песню” — “А может не надо?” И показывает на икону. И я понимаю, что она намекает на трек “Уровень бога”. Объяснил ей, что там такого нет и включил “Шутку”. Ей понравилось, потом она показывала треки родне. Сейчас она одобрительно относится и понимает, что я занимаюсь позитивной темой, ей тут нечего стыдиться.





— “Вряд ли он еб*л мою девчонку, вряд ли он забрал мои бумажки” — не любишь неискренность в музыке?

— Дело не в неискренности, просто это же образы. Не надо затирать, что ты весь такой тру. Есть от и до настоящие в своей теме чуваки, типа Young Trappa или Sil-A. А есть люди, которые делают всё для красного словца. Это не моя тема: “Я трахнул твою девчонку, я тебя убью, ты пидор”. Я не агрессивный человек и стараюсь не лезть в эту хрень.


— Тебе наскучил рэп. Почему?

— Моя задача — напомнить людям, что музыка есть и она может быть разной. Она красива в разных проявлениях. А хип-хоп — это один жанр. Я люблю рэп, но он замыкает меня в рамки. Это не моя тема: я не особо круто читаю. Убеждаюсь в этом, пока пишу новый альбом. А есть персонажи вроде Big Baby Tape, которые разносят своим горячим флоу. Я могу делать другие вещи намного круче. Мелодика, пение — всё это можно перенести на любой жанр. Хочу сделать мультижанровый альбом.


— Летом Face писал, что он единственный, кто стрельнул из Уфы, ты ответил мемасом в твиттере.

— Это Настя Тусина сделала мем, я решил его выложить. Просто было смешно. Если говорить про его последний альбом, Фейс сделал то, что должен был. Поменял вектор, развернул его в социалочку. И все такие: “Йоу, Фейс стал умным!” А я на первое место ставлю музыку. И поддерживаю мысль из вашей рецензии. Альбом отсталый в музыкальном плане. Включил его и понял, что слышу 8 треков подъездного рэпа на тему России. Как будто меня вернули на 10 лет назад. Если ты о чём-то говоришь, это в любом случае можно подать круто и интересно. У него есть куча возможностей. Не знаю, почему он выбрал такую форму. А остальные его релизы меня прикалывают, они мелодичные и угарные. Это весело — а это то, ради чего создавалась эта музыка.


— Музыка — твой основной источник дохода?

— Единственный. Пока всё нестабильно, я ещё не такой популярный артист, которым надеюсь стать в ближайшее время. Но мне намного комфортнее, чем было год назад. С дистрибьюции деньги элементарно капают. Раньше это не казалось способом заработка, а оказывается, не очень известные чуваки получают нормальные бабки. Плюс рандомный доход: шмотки, ночные выступления.

Всё зависит от того, насколько много денег ты хочешь заработать. Продать жопу — очень легко. Музыкальная сфера открывает много возможностей. Я хочу найти золотую середину: делать гибко, но заниматься своей музыкой. Пока я открываю двери и возможности.





— Твоя любимая видеоигра?

— С детства на меня отложил отпечаток второй “Max Payne”. Периодически рубимся в “Bloodborne”, люблю “Dark Souls”. И очень хочу поиграть в “Человека-Паука”. Я могу его купить, но пока не до этого.


— Последняя шутка, над которой смеялся?

— Смотрел “Прожарку” с Русланом Белым — чуть не сдох со смеха. Опять начали нормально шутить. И люблю радикальные мемы на английском языке.


— Что будешь делать, если облысеешь?

— В перспективе я могу пойти в батю, да. У него очень высокий лоб и такое может произойти, морально готовлюсь к этому. А сейчас я просто чаще стригусь. Думаю, мне это идёт больше, чем длинные волосы. Это осознанный выбор.


comments powered by Disqus
Новый музыкальный жанр, очередной виток развития аудиовзиуальной культуры или вычурная постмодернистская пародия на поп-музыку? Попытаемся разобраться что такое гиперпоп, и как он влияет на другие музыкальные жанры, в том числе и на хип-хоп.
Рассказываем, как настолько долгожданный релиз оказался главным разочарованием жанра.
Больше никаких загадок и пранков — третий альбом Мирона вышел.
Сложно быть серьезным в индустрии, где и рэперы, и их слушатели стали настолько постироничными.