Фото Клипы Рецензии Альбомы Тексты Новости Баттлы
16+
Новости
Текст: Илья Локотилов

Поток Grime Ting :: новости музыки грайм

Первый выпуск рубрики в 2018 подводит итоги прошлого года. Разбираемся, что такое афробашмент и чем UK drill отличается от своего чикагского собрата.
Комментарии
0

Было сложно подвести итоги года для грайм-сцены: жанр находился на пике популярности последние три года. И такой срок в авангарде моды — это тяжёлая задача для любого жанра, вспомните хотя бы EDM Trap или чикагский дрилл. В 2017 интерес к грайму немного поугас, а количество значимых для жанра выпущенных альбомов равняется плюс-минус нулю.

Жанр не стагнировал, но отошёл на периферию, становясь всё более “выставочным”: музыка не для внутреннего потребления, но для слушателя заморского и неискушённого. Skepta продолжает записывать совместки с A$AP Mob, а AJ Tracey рассказывает, как ему звонит Denzel Curry и рвётся заскочить на грайм-риддим. Последние релизы Skepta и Tracey также вышли куда менее граймовыми и ориентированными больше на слушателя не из UK.





Все факторы из абзаца выше привели к появлению интересного тренда: британские урбан-артисты почти полностью перестали ограничивать себя рамками одного жанра. Более того — “моножанровость” уже стала моветоном внутри сцены и стала напрямую коррелировать с размерами фан-базы исполнителей.

Взять Stormzy или Chip — больших грайм-звёзд последних лет, каждый в этом году отметился громким сольником. Chip впервые стал метаться от жанра к жанру ещё в 2009. Тогда артиста, призванного спасти грайм, флоусосили комментаторы всех мастей, обвиняя в уходе от грайма к клубному хип-хаусу в погоне за деньгами и популярностью среди девочек. А сейчас его новый альбом был на ура воспринят и критиками, и не менее принципиальными слушателями, которые продолжают говорить про Chip “man can’t run out of bars” и восхищаются его разносторонностью. На новом релизе грайм уживается с рэпом, R&B и так называемым “афробашментом” (о нём — чуть ниже), при этом не создавая лебедь-рак-и-щуьего эффекта с пробивающими на фейспалм последствиями.




Stormzy добился ещё большего эффекта. Ему, правда, не приходилось переобуваться. Если вспомнить его релиз “Dreamer’s Disease” четырёхлетней давности, там можно было найти только два грайм-трека — и то, с натяжкой. Он уже тогда тяготел к R&B, а на “Gang Signs & Prayer” углубился ещё и в госпел-тематику. Был бы этот обаятельный молодой человек столь же успешен без мудрой продюсерской руки Fraser Smith? На этот риторический вопрос красноречиво отвечают продажи альбома и успех граймового лид-сингла. А также красивая альбомная короткометражка.




Но главным открытием 2017 стал J Hus. Если вы его не слушали или не запомнили по появлению в топ-10 альбомов года по версии The Flow, то, вероятно, упустили всю лондонскую сцену последних лет. Он собрал в себе весь культурный бэкграунд английской столицы и наложил на него собственное видение. Получилась пластинка ценой в три номинации BRIT Awards.




Эффект “многожанровости” усиливается ещё и постоянным возникновением новых жанров и мутацией старых. В этом плане британская музыка напоминает рынок криптовалют — мгновенные взлёты абсолютно новых жанров и жанров-”хардфорков” тут не редкость. Особенно — в 2017.




Жанр, получивший название “афробашмент”, задавал тон британской урбан-сцене в ушедшем году. Скрестив afrobeats и bashment сцена получила мощный конвейер по производству хитов. И речь не только о британской сцене. Звучание афробашмента формировалось годами. Всё началось в 2013-2014, когда J Hus опубликовал свой первый сингл, а поп-группы Clean Bandit и Years&Years устроили экспансию в мировые чарты. Жанр стал наращивать обороты, а его инструментальные основы стали органично вплетаться в хиты Justin Bieber, Ed Sheeran и Dua Lipa. Нашему слушателю должна вспомниться песня Markul и Oxxxymiron.




Упомянутый J Hus, MoStack и Not3s — далеко не полный перечень урбан-артистов, выстреливших в 2017 году с помощью смеси карибских мотивов, африканских ритмов и ямайского диалекта.

Пиком для жанра в 2017 году стал приставучий сингл “Barking” от никому не известного артиста Ramz. Он вышел в начале сентября, а сейчас занимает вторую строчку в главном чарте Британии. По сути, это тот самый срез британской black culture, которая сегодня понятна всем и каждому.




Некоторые заигрывают с UK Drill, как Abra Cadabra. Своим творчеством он демонстрирует: сделать плавный переход от вокальных композиций к грязному уличному звучанию и обратно — как за хлебом выйти.

UK Drill имеет мало общего со своим чикагским предком, хотя и взял от него “бандовость” и разговоры на тему оружия и наркотиков. В своей основе он является будто последователем всех британских жанров одновременно: road-rap по тематике и общему настроению; грайм по ритмике, флоу и атмосфере “оппонирования” абстрактным соперникам. А также бесконечным количеством команд, возникших в том или ином районе (это традиция тянется ещё со времён UK garage). Многие справедливо недоумевали, почему все эти гэнги носят странные цифровые названия — 67, 410, 115, 86? Ответ: на смену “войне посткодов” грайм-эпохи в Лондон ворвалось противостояние телефонных кодов. А на смену 8 или 16 строчек поверх грайм-риддимов пришли многочисленные дрилл-куплеты.




Настоящий прорыв удался команде 67. Она, подобно профессиональному футбольному клубу, имеет уже два состава исполнителей. Основа колесит по UK и миру, успев заключить контракт с большим лейблом. Дублёры стригут миллионные просмотры на Link Up TV. Каждый из игроков основы звучит непохоже на другого, со своими стилем и фишками. При этом с самого первого релиза им удаётся выдерживать общее мрачное настроение сурового лондонского хастла.




Знаменитый “Man’s Not Hot”, ставший одним из главных мем-хитов прошлого года, — не просто ремикс на песню 67, но и пародия на всех героев UK drill-сцены. А когда у исполнителя, группы или жанра появляются настолько виральные идентификторы — впору задуматься о действительно серьёзном культурном феномене. Подростки по всему Лондону — от Тоттенхэма до Elephant & Castle — во время перемен скандируют тексты, пропагандирующие ненависть и довольно опасный образ жизни. Harlem Spartans, Skengdo и AM — эти имена знакомы каждому янгстеру.






Несмотря на криминогенную подоплёку в куплетах, всё идёт к тому, что за нахождение в чужом посткоде ты уже не будешь получать по лицу после пары неудобных вопросов. Жанровая разносторонность приводит к выравниванию культурного кода — и этот процесс скорее напоминает кипящий котел, который трансформируется 24/7. Тут уже не прокатывает риторика Кэмерона относительно хип-хопа на ВВС — границы сломаны и восстановлению не подлежат, о чем вовсю кричит и новый 2018 год.

Он нас уже встретил нехилой афробашмент-совместкой Burna Boy и знаменитой Lilly Allen, новостью о награждении Wiley рыцарским орденом MBE и новый грайм-бифом: всеми нами любимая Lady Leshurr диссит свою бывшую герлфренд и частого коллаборатора Paigey Cakey. То ли еще будет.


comments powered by Disqus
Зачем им музыка? Почему им было сложно в первых выпусках “Подруг”? Что такое ретроградный Меркурий?
Распад группы Грибы, бил ли он Луну, конфликт с Бастой.
Первый раунд на выбывание пройдёт для Мирона без звёздного оппонента.