The Pak: "Когда записал "Дэфо", подумал: "Щас мясо!" Большое интервью

Еще год назад The Pak радовался нескольким тысячам ежемесячных стримов и вряд ли мог рассмотреть на горизонте намеки на то, что жизнь изменится. Сегодня он — автор вирусного хита "Дэфо", с которым попал в "Искру" Яндекс Музыки, и один из создателей "First L", бэнгера, который заметил Feduk и так от него кайфанул, что сообразил ремикс. Месяц назад The Pak выпустил совместный альбом с еще одним своим музыкальным героем — Taly из группы Лауд. А в минувшую пятницу вышел фит с Петаром Мартичем. Похоже, The Pak сейчас нужен всем.

При этом он мало напоминает фрешменов, какими мы привыкли их видеть. Он только что выпустился из ГИТИСа, продолжает заниматься актерством и вообще относится к музыке как к территории экспериментов.

Мы поговорили с The Pak о том, каково проснуться из ноунейма автором одного из самых цепляющих припевов русского рэпа-2026, что такого особенного в Уиллеме Дефо, почему флоу важнее смысла и как не растерять себя, когда все вокруг несется.

КЛИШЕ В РЭПЕ — ВРАГ, УГАР В РЭПЕ — ДРУГ

— Год назад, 8 августа 2025, ты писал: “5000 стримов — это реально нормально, учитывая, что я вообще-то актер”. Что скажешь спустя год?

— Тогда я действительно радовался таким цифрам, потому что долгое время выпускал музыку и не продвигал ее. Не знал как. Музыкой я занимаюсь гораздо дольше, чем актерской профессией, театром и кино. Но я занимался всегда так, как угар. Конечно, я рассчитывал на что-то и хотел быть услышанным, но просто не знал, работает ли это, и не знал, какие инструменты мне подходят.

Я помню, как набрались эти 5000. Перед этим у нас с Никитой Тейстлувом вышел сингл “Порох”, мы сняли видосы на него и каких-то слушателей новых залутали. Количество слушателей на Яндекс Музыке у меня впервые превысило 500, потом 1000 и потом 5000. Это было удивительно.

А сейчас… Я вообще не понимаю, как это происходит, но если бы мне год назад сказали: "Ты поработаешь с Федуком, с Taly из Лауд, а еще у тебя завирусится сольный сингл и ты запустишь тренд в соцсетях", я бы очень сильно удивился.

Но поверил бы, конечно же! (смеется).


— Ты говоришь: музыка — это угар. Как ты угорал?

— Когда я еще жил в Питере, мы с моим другом Марком часто записывали рэп такой… Коммерческим его невозможно представить, особенно в то время. Нам казалось, что мы — визионеры, и опережаем российскую рэп-сцену. Мы эти песни не выпускали, просто в ВК или телеге дропали и друзьям показывали. Сейчас их невозможно релизить в России.

Там был просто максималистский, свободный рэп, где мы читали, как нас раздражает вся индустрия и все клише, которые присутствуют в мировой рэп-индустрии — не только в российской. Мы хотели идти особняком. Нам было по 17-18 лет, и казалось, что мы понимаем и чувствуем лучше других. А потом чуть-чуть взрослеешь и понимаешь, что можно быть тоньше, интереснее, и не таким прямолинейным.


— Клише — это твой главный опп в рэпе?

— Точно один из главных. Мне бы не хотелось идти по каким-то готовым дорогам.

При этом на меня влияет все, что я вижу в ленте, что слышу в чужих песнях, все, что происходит за окном. Я стараюсь все это впитывать и брать в свою копилку, в свой опыт. А что-то наоборот отсекать, понимая, что это не мое.

Иногда я пытаюсь анализировать других артистов: почему у них что-то работает, почему это прикольно, почему не прикольно. И понимаю, что клише — это самый простой способ получить какую-то долю аудитории. Потому что эта дорога была кем-то уже открыта. И, наверное, в рэпе невозможно существовать совсем без клише — все равно есть референсы, вдохновители и законы жанра. Это все по-своему сдерживающие рамки. Но я бы не хотел существовать только в рамках клише.

ГИТИС, АКТЕРСТВО И ВЕЧНАЯ ГОНКА

— Ты буквально на днях выпустился из ГИТИСа. Это большое событие для тебя?

— Да, огромное, потому что четыре года, которые я там учился, ГИТИС занимал большую часть моего времени и жизни. Как любой актер и режиссер театрального института, если это действительно какое-то качественное образование, ты не можешь просто приходить на пары, ты должен там реально работать. И это, конечно, непросто, но интересно и весело. Все очень противоречиво, но я рад, что у меня именно это образование.


— Как отметил?

— У нас был выпускной. Мы собрались в нашей аудитории на капустник, где другие курсы нас поздравляли. Потом поехали в лофт, там была вечеринка, на которую мы собирали деньги, донаты, еще с третьего курса. Это традиционный способ собирания денег на нашем факультете, и вся эта сумма должна идти на выпускной. Была большая вечеринка.


— Теперь ты — профессиональный актер драмы. При этом у тебя как раз поперла музыкальная история. Со стороны кажется, что ты сейчас стоишь на перепутье, как Том Хэнкс в “Изгое”, и смотришь то в одну сторону, то в другую, думая, куда же пойти.

— Часто люди спрашивают, что я выберу, и где бы я хотел работать. Это на меня давит, я про выбор. Я катастрофически не успеваю. И я сейчас не о делах.

Нет времени на то, чтобы остановиться, отдохнуть, подышать и понять, кто я на самом деле. Я очень несусь.

Днем я репетирую, а вечером могу поехать выступать. Или у нас перед спектаклем техпрогон, а вечером — спектакль. И после спектакля я еду на студию. Или я понимаю, что мне нужно записать трек, я очень хочу, выделяю на это время… Кубарем все происходит. Но в музыке есть спасение, она позволяет иногда остановиться и приблизиться к себе и своим чувствам.

Пока что все получается успевать, но не получается успевать отдыхать по-настоящему.

И, наверное, мне даже это нравится, потому что круто, когда есть работа. Я очень дорожу работой, но уже приходится от чего-то отказываться, расставлять приоритеты.


— Чем актерская школа дополнила тебя как рэпера?

— На мой взгляд, любое художественное образование, будь ты актер, музыкант или живописец, помогает тебе ориентироваться в искусстве. Законы искусства универсальны, поэтому профессиональная школа идет тебе на пользу как художнику. Если ты чувствуешь, что поступил туда, где тебе нравится, что ты не идешь против себя.

“Законы”, о которых я узнал в театральном институте, работают и в музыке. Конечно, есть и различия, контексты разные.

В ГИТИСе наш мастер Олег Львович Кудряшов нам вдалбливал: смысл — это первостепенно. Смысл не как мораль, не какая-то нравоучительная мысль, как надо жить. Смысл — это то, на что посажена твоя мысль, спектакль, песня. И это первостепенно. Смысл исходит от желания высказаться. И смысл, чаще всего, трудно выразить только словами. Часто ты его просто чувствуешь и всё.

И нам всегда говорили, что юмор очень важен, — я это всегда знал, — что юмор дает легкость, что лучший спектакль — это спектакль, на котором ты можешь одновременно и смеяться, и плакать. Поэтому я не могу делать стопроцентно серьезный рэп, в котором я демонстрирую, как я “прохавал эту жизнь”. Мне это неинтересно. При этом fun-рэп мне тоже неинтересен. Я хочу найти свою честную интонацию.

И еще один из законов в театре: не должно быть скучно. Часто у людей театр ассоциируется с чем-то скучным, но скучный театр — это плохой театр. Но и тут все не так просто: скучно может быть, потому что ты чего-то не понимаешь. Много нюансов.

ДЕТСТВО В ПИТЕРЕ. МАМА — ПРОВОДНИК В МИР РЭПА

— Давай нырять в прошлое. Как ты полюбил рэп?

— Когда мне было лет восемь, мама мне включала Эминема, Дельфина, Децла, классику ее молодости.

Старший брат скачал мне в iPod Die Antwoord, System of a Down, Nirvana, Касту, Гуфа, Limp Bizkit, Anacondaz — все, что он сам слушал. И я это слушал в 9 лет, потом начал углубляться дальше и гикать не только рэп. На меня очень сильно повлияли YungRussia, Dopeclvb в частности, Yung Trappa, Yanix, все те чуваки, которые стали свежими в 2010-х. Из западных это Young Thug, Kanye, Gucci Mane, Young Lean и другие. Я их слушал и понимал, что и без музыкального образования рэп для меня максимально доступен. И я начал пробовать записывать рэп, потому что хотелось высказаться. И нравилась эта форма для высказывания.






— Как ты записывался? Дома?

— Когда мне было 13, я уговорил маму сводить меня на рэп-студию — прям профессиональную. Это был 100% кринж. Потому что я пришел с родителями, они такие: “Вот, он хочет”. Я такой: “Ну да”. Очень сильно стеснялся, намямлил что-то, а потом я понял, что легче самому это все делать, когда никто не смотрит. Я скачал Cubase и FL, записывался сам, учился писать биты и сводить.


— О чем был твой первый трек?

— Это было что-то контркультурное. “Я не такой, как вы. Я не хочу жить по шаблонам, идите все нахуй”. Это было очень прямолинейно и даже пафосно.


— Каким было твое детство?

— Я родился в Йошкар-Оле, там прошла часть детства, которую я слабо помню. Потом мы с мамой и братом переехали. Основное мое детство — это Санкт-Петербург. Там я пошел в первый класс.

Я много катался на скейте, любил экстремальные виды спорта, сноубординг, вейкбординг. Сейчас тоже хотел бы, чтобы это регулярно было в моей жизни, но, к сожалению, не получается. Любил играть в футбол, гулять с друзьями во дворе, просто пить с ними колу, есть чипсы, бороться.


— Ты писал про то, как врезался в мусорку, и после этого у тебя плечо вылетело. Это из того периода?

— Нифига ты вычитал! Это было на первом курсе. Я в мусорку врезался на самокате.

Просто оглянулся на товарища, он сзади меня ехал, и случайно налетел на мусорку. Причем скорость была максимальная — 25 км/ч, как допустимо по Москве. И у меня плечо теперь… Да.


— На дебютном релизе у тебя была цитата: “Ходил один вчера по улицам Питера / Не помню события, но помню вы***дка / Возможно, убил его”. Что за эпизод?

— (Смеется) Это как раз та эра творчества, о которой я рассказывал — такой злой максималистский рэп. При этом нас сильно вдохновляли Slime Sito, Rocket, Jpegmafia, такие чуваки.


— Разве Rocket злой?

— Rocket — контркультурный. Он отделил себя от индустрии, и нам это очень нравилось, и нравится до сих пор, не буду скрывать. И мы как-то поняли, что нам сейчас хочется это говорить, говорить дерьмо. Когда ты говоришь какие-то вещи, просто чтобы выговориться, сбросить напряжение. И вот эта песня — одна из таких попыток выговориться. Я закончил ее в этой эре, и решил запихнуть в сборник.

Интересно сейчас эту ипишку переслушивать, вспоминаю вообще, что я делал, каким был. Но мне кажется, там много того, с чем я сейчас не согласен. Но я все равно не хочу ее удалять. Пока что.


— Рассказывая про переезд в Петербург, ты упомянул маму, но не папу.

— Мы с отцом не на связи. Это не болезненная тема, просто не хотел бы говорить об этом.


— Пока ты рос в Питере и фанател от рэпа, там же расцвела и баттл-сцена. Это было для тебя чем-то особенным?

— Да, мне, конечно, нравилось. Но я быстро к этому остыл, когда понял, что есть русская музыка, цепляющая меня значительно сильнее. Это примерно совпало со временем, когда баттл-рэп сам уже благополучно затух. Возможно, это я его затушил.

"СТЫДНО ЗА ТО, ЧТО ТЫ — РЭПЕР"

— Вот цитата из трека “Свора пять”: “Помню, ребенком я был очень впечатлительным / Меня убивала совесть, я часто плакал. / Помню мне, пятикласснику чел из девятого плюнул в лицо / Прикинь, я просто тусовался, *****, в коридоре школы / Я вообще не **** что происходит. Я не был лохом”.

— Блин, я вообще не хочу декодировать песни.


— Мы же сейчас не про песни, они для нас как окна в твою биографию. И мне интересно узнать, какой ты, а не про что песни.

— Ага, понял. Да, с детства я очень часто переживал по поводу совести. Меня иногда мучила совесть, я не мог спать. Из-за разных там вещей. Бездомного увидел. Из-за того, что у меня что-то есть, а у кого-то другого — нет. Или что я мог что-то натворить, кого-то обидеть, я же рос в этой среде не самой спокойной. Мог в перепалке чью-то маму на словах трахнуть, а потом думал: “Блин, я сейчас, наверное, так сильно задел человека!” Чувство вины у меня было сильно развито, я и сейчас не люблю обижать людей. Стараюсь всегда мысленно меняться местами.


— Почему так запомнил этот момент про плевок?

— Просто это было жестко. И мне захотелось этим поделиться, потому что это пример немотивированной жестокости, чего-то подросткового, странного. В тот момент я осознал себя таким беспомощным. Потом не хотел быть таким, кто не может постоять за себя или за близких. Решил рассказать об этом, потому что это так и было. Подростки часто злые.


— В школе знали, что ты читал рэп?

— Конечно. Я же выкладывал треки в паблик ВКонтакте. Я поначалу скрывал это, а потом люди узнавали. Кто-то поддерживал, кто-то троллил. Я никогда не кричал, что я рэпер, не бил себя в грудь. Было немножко стыдно. Это было именно чувство стыда. Стыдно за то, что ты — рэпер (смеется).


— Тебе прилетали скептические комментарии в театре, когда люди узнавали, что ты рэп читаешь? Было непонимание?

— Как обычно, были шутки, подъебы. В разном контексте, с разным посылом. Думаю, каждый начинающий рэпер меня поймет. Но меня это особо не волновало.

Я понял, что это сработает, и что мне это нравится по-настоящему, и что мне не стыдно включить это и не стыдно, когда люди об этом говорят.

Прикинь, мне прилетел респект от моего мастера в ГИТИСе Олега Львовича Кудряшова. Он послушал “Дэфо”, посмотрел клип, а ведь ему 88 лет. Он сказал, что это интересно, озорно и по-хулигански. Он очень любит хулиганский вайб. Ему понравилось именно как мое проявление.

ПОЧЕМУ ЗАХОТЕЛ СТАТЬ АКТЕРОМ

— А какой была точка входа в актерство?

— Я ездил в лагерь, где катался на сноуборде, и там познакомился с чуваком, его зовут Илья Гененфельд. Он актер. Это был 2019 год.

Он поступал в театральный. И он так мне понравился по-человечески, майндсетом. Именно Илья мне рассказал про театр, что это на самом деле не кринжовая скучная тягомотина, а что современный драматический театр — это свобода, это свэг, короче, что это круто и интересно. Раньше так было, мне казалось.

Я всю жизнь выбирал себе занятия просто потому, что хотел быть среди этих людей. Я видел, какая тусовка собирается вокруг какого-то дела. Если тусовка и сами люди мне нравились — как они мыслят, как они двигаются, — я хотел быть среди них. А чтобы быть среди них, логично заниматься этим делом, которое их объединяет. У меня с этим случился мэтч.

Я понял, что мне очень это нравится, что у меня есть к этому предрасположенность. Просто я не думал, я не знал до этого, что этому можно учиться, что это реально очень хорошее образование. Потому что российская театральная школа все еще, я считаю, самая лучшая школа в мире.


— Как ты готовишься к роли?

— Давай про театр. Любая подготовка к роли начинается с того, что ты ознакамливаешься с текстом произведения. И тебе нужно сделать его художественный разбор — понять о чем всё это, что за чем идет, что спрятано под текстом, за текстом. Потому что хороший текст, как правило, не иллюстрирует то, что происходит в сцене между персонажами, а наоборот прячет, чтобы актер мог выразить, что текст прячет. Вот в этом суть, мне кажется.

И это важно — разгадать текст. Когда ты разгадал текст, ты можешь уже заниматься какими-то внешними вещами. Придумывать, как твой персонаж ходит, как он говорит, как существует, в какой форме он существует. В театре больше экспериментального поля. В кино все существуют, плюс-минус, скупо.

ФЛОУ ПРЕВЫШЕ ВСЕГО. ТРИ ВЕЛИКИХ РЭП-ТРЕКА: LIL WAYNE, THE NOTORIOUS B.I.G. И... ROCKET

— Чем, по-твоему, должен обладать классный рэп-трек?

— Вообще, флоу в рэпе важнее всего. Даже первостепеннее смысла.

Потому что если в песне есть смысл, даже твоя личная вовлеченность, твоя персоналити, если там нет флоу, это все равно отстойно. Это как скилл вокалиста или гитариста. Потом идут смысл, талант, твой текст, твой мотив, то, как ты написал или выбрал бит, то, как ты с ним работаешь, как ты чувствуешь атмосферу, как ты можешь ее донести.







— Назови три великие рэп-песни.

— Так, ну у нас еще есть полтора часа для разговора, вот как раз и обдумаю ответ на этот вопрос. Для меня это очень сложно… Одной из этих песен должна быть Lil Wayne “Lollipop”. Пусть будет The Notorious B.I.G. “Juicy”. (Дальше длинная пауза)


— Так, у нас представлены 90-е и 00-е. Давай еще один трек из 2010-х.

— А, блин, я хотел назвать Nas… Ок, тогда это будет Rocket “Trap Day”. Под самый конец 2010-х.


— Какая яркая троица. Я не назову себя большим фанатом Рокета. Объясни мне, помимо его контркультурности, почему он для тебя особенный артист?

— У него есть природный флоу. Он может говорить все что угодно, и это будет работать, потому что есть флоу. Если Rocket на треке, это всегда флоу. Мне самому и не близок такой прям трэп-трэп-лайфстайл и взгляды, но у Рокета много экспериментов, он честный и есть флоу. Флоу. Он что-то знает.

Он на меня очень сильно повлиял, начиная с альбома “Swag Season”, когда я о нем только узнал как о сольном артисте. И потом, когда вышел “Swag Season 2”, эти ипишки, я реально много его слушал. Сейчас я не могу назвать себя его фанатом. Но уважаю очень. Мне нравится его минимализм в звуке, такой “сырой” звук и голос. В этом много правды. Какое-то время назад Rocket два года подряд был у меня самым прослушиваемым артистом на стримингах.


— На подкасте “Флоу Джоб” ты говорил, что в этом году сильно ждал альбом Baby Keem “Ca$ino”. При этом я обратил внимание, что в комментах тебя сравнивали с Кимом по саунду, по манере исполнения. Ты согласен с такой параллелью?

— Частично согласен, просто у меня тоже высокий тембр флоу, мне так удобно. Я много слушал Baby Keem одно время.

С последнего альбома несколько треков я добавил себе. “Ca$ino”, конечно, — не что-то переворотное, скорее личное. А предыдущий, “The Melodic Blue”, был супермясом.

КАК THE PAK ПОПАЛ В "ИСКРУ". СОВЕТ МОЛОДЫМ АРТИСТАМ

— Недавно ты попал в “Искру”. Ты что-то для этого предпринимал?

— Видимо, благодаря “Дэфо” это случилось. Это мой самый прослушиваемый трек. Я с ним завирусился в тиктоке, в инсте, и это дало свои прослушивания, свои плоды. Так я попал в “Искру” и появился на баннере Яндекс Музыки [на наружной рекламе на фасаде кинотеатра “Октябрь” в Москве] — это было очень приятно. Пока прошло не так много времени, чтобы оценить влияние проекта на цифры — будет интересно посмотреть на это позже в динамике.


— Какой совет ты мог бы дать молодым артистам, которые ждут своего прорыва?

— Экспериментировать. Вот мой совет.

Если бьешь только в одну точку, даже если стараешься, дропаешь много роликов, но ты в одну точку ломишься, не понимая, не пробуя что-то другое, это может не сработать. Надо пробовать разное, разные пути.


— В соцсетях есть фрагмент твоего выступления на спектакле Tribute LP. Ты исполняешь “Вечеринку” Скриптонита, но с другим текстом. Я, например, зацепился за строчку: “So many tears, в рэпе нет помощи”. Что ты имеешь в виду?

— Tribute LP — это музыкальный спектакль нашего режиссера на курсе, Эрнеста Маторкина. Он сделан по форме альбома: идет 50 минут, есть “сторона А” и “сторона Б”. И он соткан из песен, которые близки режиссеру. Из них он собрал общую историю, мы сделали скиты в разных форматах: сценические, аудиальные. И играли этот спектакль.

И Эрнест предложил сделать мне так называемую “оду русскому рэпу”. Потому что он сам любит этот жанр. И мы сделали куплет из строчек, панчей, образов, знаковых для жанра песен — преимущественно, российских.

Строчка, которую ты выделил, — это, по-моему, из Kunteynir или кто-то из старичков, которых Эрнест мне включал.

ОЗЕРНИКИ: КТО ТАКИЕ, ЧТО ПОСЛУШАТЬ

— Прежде чем обсудить трек “First L”, надо рассказать читателям, кто такие Озерники.

— Озерники — это объединение пацанов с Байкала. Они все с детства знакомы, учились в одной школе. По-моему, в Озерниках есть не только музыканты, но и дизайнеры, художники, разные талантливые ребята. Первым участником Озерников, с которым я познакомился, стал Никита Тейстлув.

Еще давно моя девушка Аня снималась с Никитой в рекламе лимонада. Они познакомились там, подписались друг на друга, и потом Аня репостнула мой трек “Molume”. Никите он понравился, и он мне написал. Это было два года назад.

Я послушал его музыку, и меня зацепило. Потом я погрузился в тусовку, они начинали делать медиа, дропали разные видосы, прикольные рилсы про местных обитателей Байкала, про всякие локальные штуки. Мне показалось, это очень стильно и аутентично. Теперь дружим.


— Насколько я понимаю, костяк этого крю — это Parfumeur, Тейстлув и Sleepyforever. Можешь рассказать об их фишках и выделить по одному классному треку у каждого?

— Легко! Значит, начнем с Тейслува. Многоплановый артист, стильный, чувствует музыку, у него клевый флоу, мысли, вижн, такой альтернативный, светлый музон.

Советую послушать у него трек “Special Pussy Diet”.




Гриша Parfumeur. Он клево делает припевы и отличный мелодист, текстовик. Они все, — и Слиппи, и Гриша, и Никита, — очень свежо читают рэп. У каждого есть свои приколы. Мне сложно это обернуть в слова, но когда ты слушаешь их трек, понимаешь, кто есть кто, если ты хотя бы поверхностно в контексте. Гриха — меломан, фанатеет по Post Malone, сам очень любит петь, и делает это больше всех нас в рэпе.

Зацените его песню “Новых друзей”.





Sleepyforever — это чел, у которого в багаже миллион разных флоу и идей, как разложить текст. Он читает рэп на русском реально как черный, есть вот этот соус.

У Слиппи весь альбом “Будь ближе” посоветую. Но если нужно выделить один трек оттуда, это будет “Дым”.

ПЕРВЫЙ ПРОРЫВ С "FIRST L". FEDUK ОКАЗАЛСЯ НЕ ИИ, А НАСТОЯЩИМ

— Расскажи мне историю создания песни “First L”. В нашем подкасте Parfumeur обмолвился, что трек у него лежал с февраля 2025-го.

— Да. Эта песня полежала, но там был только парт и припев Гриши. Он как-то выложил рилс с ней, и подписчики начали писать: “Где найти этот трек?”. Было заметно по реакции, что песня нравится. В итоге Гриша его оставил, а потом сказал: “Залетай”. Я сразу согласился, хотя это не очень привычный звук для меня. Ну и третьим запрыгнул Никита Тейстлув.






— Перед тем как Feduk снял на песню свой видос, он сам или его команда как-то контактировали с вами, или это для вас стало такой шок-новостью?

— Это точно шок-новость. Мы подумали, это какой-то лаг в инсте*, когда увидели его липсинк. Даже мои однокурсники подумали, что это ИИ. Когда он выложил свое липсинк-видео, полная версия трека еще даже не вышла.

У нас не было никаких коннектов с Федей, само собой. Это от и до Федина инициатива. Федук one love.







— Федю часто из-за внешнего сходства сравнивали с Дрейком, это такой мем внутряковый. И тут же он провернул абсолютно в стиле канадца мув: подсветил классных молодых артистов и впоследствии еще и на ремикс прыгнул. А кто был инициатором этой идеи?

— Сделать ремикс? Не помню уже. Если не ошибаюсь, это была его [Федука] идея. Мы с пацанами не знали, что так может работать: “Нифига себе, спасибо”.

FEDUK — ONE LOVE. АНЯ — ТОЖЕ ONE LOVE

— Твой куплет в “First L” посвящен твоей девушке, я правильно понимаю?

— Да. Трудно отрицать.


— Можешь рассказать про нее? Как вы познакомились?

— Мы с Аней познакомились в инсте. У нас было много общих знакомых, но мы ни разу не виделись. И я просто увидел ее аккаунт — и влюбился в аккаунт. Потому что это супермегастильный, смешной, умный человек. И это по ее соцсетям было понятно сразу.


— Сложно быть в отношениях, где с одной стороны в паре — модель, а другой — актер-артист? Наверное, многие хотят подкатить.

— Подкатить? Ко мне?! Нет такой проблемы (смеется). Не-не, все нормально. Таких трудностей мы не испытываем. Любовь, доверие.






— Не было мандража, когда подкатывал к такой красивой леди?

— Конечно, был. Но это всегда так работает. Все люди в мире, — если они самокритичны, если они переживают, если в них зарождается серьезное чувство, — все очень переживают. Я не исключение. Этап нашего знакомства прошел максимально нежно и трогательно.


— У вас много классных фоток “на домашнем”, и ты там неоднократно появляешься в увлажняющих масках для лица. Мне интересно спросить две вещи. Первое: как ты относишься к таким бьюти-рутинам? И второе: должны ли они занимать особое место в жизни актера?

— Актеру и любому артисту важно следить за своим здоровьем и внешностью. И речь не про то, что ты должен нравиться другим. А чтобы ты мог нравиться себе в первую очередь и быть здоровым.

Мне нравится этот girlfriend effect. Когда ты начинаешь встречаться с девчонкой, и она тебя меняет в лучшую сторону. И вот эти все вещи, типа маски, разные приколы уходовые, — это все ее, конечно, рука.


— Какие ты процедурки еще у нее перенял?

— Увлажняющий крем для лица перед сном. Умывашка для лица. Правильно подобранный уход. Чистить зубы (смеется).

КАК ОН НАПИСАЛ "ДЭФО" И ПРИДУМАЛ ТРЕНД, УШЕДШИЙ В НАРОД

— От ухода за своим лицом давай к песне про чужое. Мне нравится, что c “Дэфо” ты нашел способ объединить две свои активности, актерскую и музыкальную. Это случилось легко и непринужденно, или ты намеренно искал такую тему?

— Это случилось само собой. Просто само собой. Я не думал, что читая про известного актера Уиллема Дефо, я этим самым как-то себя актерски раскрываю в музоне. Я не соединял эти две вещи, мне просто понравилось, как это звучит. Когда я понял, что это звучит, я решил это как-то раскрыть. И если ты заметил, у меня в куплете в разных контекстах и значениях встречается слово “лицо”. Я хотел изначально, чтобы оно было в каждой строчке, но не вышло. Оно там, по-моему, в каждой строфе. И я раскрывал образ своего лица через лицо парадно-выходных, лицо Мальчишника, в таком духе.


— Почему именно этот актер стал столь важным для тебя?

— Просто у него очень интересный тип лица, интересное лицо. Запоминающееся. Я не могу вспомнить другого актера, про лицо которого я мог бы написать припев.







— Когда ты понял, что у тебя на руках успешный трек?

— Я на это изначально ставил. Когда я записал его дома, я переслушал и подумал: “Щас мясо!”. Я даже сам этому удивился. И потом аккуратно показал это людям, мнение которых мне важно, пацанам из Озерников, Taly из Лауд. В первую очередь Ане показал, Аня тоже сказала: “Мясо”. Я научился считывать по людям, как им демка. Тут даже не надо ничего говорить. Просто смотришь на них и понимаешь: это оно. Или наоборот, они говорят, что это норм, или что это круто, а ты понимаешь: не зашло.

И я потом просто очень долго откладывал релиз, чтобы разобраться, как мне его выпускать, чтобы он не вылетел в трубу.

Я хотел точно снять клип. Я же до этого не снимал клипов, был только один давнишний “Свора голос Миша”. Я хотел снять большой идейный клип. И для этого нужно было много разных идей перелопатить. Мы с Димой Тверским остановились на той идее, которая в итоге воплотилась в клипе.

Также я решил попробовать в инсте* сделать прикол с его фотосессиями. И это сработало! Я, честно говоря, не ожидал, что так сработает. Не ожидал, что люди потом будут это повторять.






— Клип “Дэфо” начинается сценой проваленных актерских проб. Какие у тебя были самые стремные пробы?

— Самые стремные пробы — это когда ты приходишь и видишь, что режиссер, присутствующий на этих пробах, не в материале сам, что ему это неинтересно.

Ты просто это чувствуешь, даже на уровне, когда заходишь в комнату к нему. И это всегда очень неприятно.

Или заходишь, — а режиссер как будто сразу понимает, что ты не подходишь. Ты достаточно формально пробуешься, чтобы тебя не разворачивали. Я понимаю, почему это так работает.

Но вот пример: я ненавижу играть гопников. Если мне приходят пробы на гопников, а потом еще приглашают на какие-то очные пробы, это всегда кринж, потому что я не могу. Это кино, — и в кино, если ты хочешь играть гопника, ты должен быть гопником, хотя бы в прошлом. У тебя должна быть эта краска. Ты мог бы быть гопником, потом стать негопником. От тебя должно это идти. А мне это супер неорганично. Но слава богу, в последнее время мне таких проб не приходит. Видимо, этот типаж перестал так сильно волновать наших кинематографистов.


— Расскажи, что ты клеил на лицо в клипе? Что это была за смесь?

— Это искусственная кожа, латекс. И нос тоже такой был. Еще специальный грим, жидкий силикон, по-моему. И это поверх кожи-силикона. Но это было нормально, учитывая, что я в ГИТИСе с чем только не взаимодействовал.


— Кому пришла идея налепить тебе на задницу QR-код со ссылкой?

— Режиссера. Димы.


— Эта сцена с пробегом голышом — это же отсылка к "Солтберну", я правильно понял?

— Да, конечно. В этом, по моему мнению, и состоит ценность такой работы: тут много разных образов использовано, которые, на первый взгляд, не пересекаются. Но их соединил этот особняк, трек и режиссер.


— Кто из больших артистов респектовал тебе после “Дэфо”?

— Всех не вспомню сейчас, к сожалению. Из последнего, помню, что когда мы выступали на Летнике, после нас выступал Токсис. И мы с Токсисом просто встречаемся глазами, и он такой: “Я хочу себе лицо, как у Уиллема Дэфо”. Это можно считать за респект? Ну или просто за угар. Но и то, и то приятно. Сега из Anacondaz респектовал, а я слушал их в детстве.

Еще Артем Boulevard Depo. Некоторые артисты, которых я сам слушал, давали положительный фидбэк. Это ценно.

ПРО "БАУНС", СОВМЕСТНЫЙ РЕЛИЗ С TALY ИЗ ЛАУД

— У тебя было особенное отношение к релизу “Баунс”, учитывая, что это твой первый большой дроп после успеха треков “First L” и “Дэфо”?

— Да, я понимал, что надо с себя снять ответственность. Чуть-чуть расслабиться, чтобы этот релиз вышел, не претендуя ни на какие лавры. Чтобы его не сравнивали с этими треками. Потому что это совместный релиз с тем человеком, который на меня повлиял, с человеком, которого я слушал, и который меня заметил еще до того, как меня заметили остальные.

Мне было важно сделать “Баунс”. Мы с Таликом писали его всю весну медленно, дистанционно и сессионно. Он приезжал в Москву, мы с ним запирались на студии, делали, потом он уезжал, я дописывал что-то. Это все было очень сумбурно, и мы не понимали до конца, какую преследуем цель. Но мы хотели просто сделать совместную музыку. Поэтому я рад, что этот релиз есть. Мне он очень нравится.







— Надо сказать, я удивлен, что вы его писали долго. Он весь в таком бодром регистре выдержан, и мне казалось, что это вот такой вспышкой было написано.

— Это заслуга Витали, потому что он очень хорошо почувствовал ту точку, в которую мы будем бить в этом релизе. Потому что у меня часто бывает, что я не знаю, чего хочу, и уже потом начинаю собирать это. А он как будто сразу понял, что надо.

БЛИЦ: ЭЙДЕЛЬШТЕЙН, ПЛАТИНА, ЧЕЛОВЕК-ПАУК

— Давай закончим блицем. Быстрые вопросы-ответы. Какой российский фильм из последних тебя поразил?

— Пусть это будут “Картины дружеских связей”. Это очень тихое авторское кино про ту жизнь, в которой я находился. Чуваки, которые учились на моем факультете, сняли фильм про жизнь.

Еще я хотел бы назвать “Мастера и Маргариту”. Кино прогремело.


— Борисов или Эйдельштейн?

— Эйдельштейн. Потому что клевый человек, актер. Я с ним знаком, а с Юрой Борисовым не знаком.


— Как вы законнектились?

— Я работал на проекте, на котором он снимался. Я работал там в администрации, то есть накрывал обеды, перекрывал улицы. Это был мой первый опыт работы в кино не в кадре. И там снимался Марк в главной роли. И мы просто с ним пересекались. Никогда особо не общались. Но на шапке мы пообщались, подписались друг на друга. Потом каким-то чудным образом он начал слушать мою музыку и поддерживать.


— Он собрал плейлист для Saint Laurent и добавил туда твой трек.

— Да, ему огромный респект. Он — олд. Тот самый слушатель, который знает меня, наверное, больше и давнее, чем огромная масса моих новых слушателей. Даже тех, которые считают себя олдами.


— Резкий переход: Boulevard Depo или Pharaoh?

— Depo.


— 2Pac или Biggie?

— Biggie.


— Feduk или Платина?

— Ах, бля-я-я! Смотри, Feduk был. Он отец. А Платины не было. Поэтому Платина.


— Чем тебя так поразил альбом “Платина”?

— Опять-таки, своим флоу! Не понимаю, как это возможно, но порой флоу говорит за артиста все. Ты можешь все что угодно говорить. “Хочу тебя трахать, я хочу ебать”, — и это мясо.


— Icegergert или 9mice?

— 9mice. Просто он мне ближе. Я очень далек от Icegergert и от его музыки. Это мне совсем не близко. Вайперы мне ближе.


— Следующая пара: Колобок или Человек-паук?

— Человек-паук.


— Саундклауд-рэп — норм или стрем?

— Норм, конечно. Поначалу это было свежо, но уже превращается в клише. Стоит сейчас появиться чему-то новому, все сразу начинают это копировать, использовать как тайп. Можно ли назвать Madk1d саундклауд-рэпером?


— Он фактически стал постер-боем всего движения.

— Он красавчик. Талантливый мелодист. Поэтому точно не стрем.


— Кто еще из этой волны тебе нравится?

— Честно скажу: добавил себе трек “Династия”.


— Ты будто со стыдом об этом говоришь. Крутой же трек!

— Не-не, крутой! Просто я до этого не мог раскусить. Я слушал, потому что мне это попадалось в соцсетях, сам не включал, и поэтому на подсознании отпечатался эффект: я это не включал, это кто-то запостил, неблизкая мне внешняя атрибутика, не моя музыка. Но потом в какой-то момент я понял, что это круто. Потому что послушал нормально. Это честный музон, мне нравится такой.


— Секс под Madk1d или секс под Темного Принца?

— (Смеется) Блин, реально надо выбрать, да? Наверное, под Madk1d.


— В песне “Molume” есть строчка — кажется, она будет уместно смотреться в финале интервью. Ты читаешь: “О чем твой спич? Зачем и кому?” Ответь, на свой же вопрос.

— Мой спич… Не знаю, как ответить. Это ловушка…

Отвечая прямолинейно, ты отсекаешь самые важные тонкости. Это невозможно сказать словами. О чем моя музыка? Про меня.

Для тех, кто понимает и не понимает. Для тех, кто чувствует.