Тексты

Разбор альбома Kendrick Lamar "Mr. Morale & the Big Steppers"

В рубрике "Разбор" редакторы The Flow и приглашенные гости отвечают на главные вопросы об альбоме и дают ему свои оценки. Сегодня обсуждаем последний релиз Кендрика "Mr. Morale & the Big Steppers".

Напишите обзор “Mr. Morale & the Big Steppers” так, чтобы он уместился в один твит


Сэм Адегбие, Youtube xipcode, Telegram xipcode: Уважаемые посетители! Убедительная просьба не прислоняться руками. Вы наблюдаете за чёрным искусством.

Кирилл Бусаренко: Возвращение третьего куплета в рэп.

Руслан Муннибаев: Первый альбом Ламара, который можно и хвалить и ругать, но не хочется делать ни того, ни другого.

Андрей Недашковский: Рэп о терапии и трансфобии, дефиците отца и абьюзе, культуре отмены и комплексе спасителя. 80 минут, за которые Кендрик Ламар на глазах у всего мира падает на самое дно, нащупывает опору и, отталкиваясь, переплавляет этот опыт в еще один выдающийся альбом.

Даниил Трабун, блогер, креативный директор раздела «Мода» Яндекс Маркета: Если вы хотели почувствовать себя рэпером у психотерапевта, то альбом Кендрика Ламара — идеальный способ. На 10 сессии случится прорыв. В конце жена с дочкой подтвердят, что родовое проклятие разрушено. В эпилоге вы выберете себя.



Любимый трек


Сэм Адегбие: "Auntie diaries", "We cry together".

Кирилл Бусаренко: “Mirror”. Кульминация длительного сеанса терапии, которая сводится к простой мысли — прежде чем спасать внешний мир, наведи порядок в своем внутреннем.

Руслан Муннибаев: "Rich Spirit".

Андрей Недашковский: “Savior” — самоотречение Ламара от статуса спасителя рэп-жанра, ролевой модели и любого другого титула, навешанного на него за последние годы (типа первого рэпера-лауреата Пулитцера). Так же он требует относиться и к другим знаменитостям (звучат имена Леброна, J. Cole, Future, можно припомнить и других неоднозначных фигур из клипа “The Heart Part 5”).

“Mother I Sober” — сердце и ядро альбома. История нескольких поколений его семьи и насилия, которому они подвергались. Насилия, которому Кендрик Ламар подвергал свою невесту. Насилия и непроговоренных травм, передаваемых из поколения в поколение — и о решении Кендрика этот порочный круг прервать. Об этом рэпер говорит не с позиции святоши-наблюдателя, но как соучастника — и такая оптика дает альбому многое.

Даниил Трабун: "We Cry Together". Напоминает агрессию Эминема, но кричат двое. Уничтожают друг друга словами так, как это происходит в самой страшной ссоре. Когда думаешь, как сделать больнее, забывая о любви. На фите актриса Тейлор Пейдж, она здесь круче Кендрика, ее голос почти ломается от крика. Неужели это нормально так ссориться? Нет, это наше родовое проклятие, но мы в силах его разрушить.



Лишний трек


Сэм Адегбие: Нет

Кирилл Бусаренко: Искать именно что лишний кажется неправильным — они все складываются в портрет Кендрика Ламара, пытающегося разобраться в своих проблемах. Как песня меньше всего запомнилась “Crown”.

Руслан Муннибаев: "We Cry Together".

Андрей Недашковский: Издеваетесь?

Даниил Трабун: Здесь нет лишнего трека, это пьеса, где каждая сцена важна. Может, поэтому здесь нет хитов в привычном смысле.



Самый крутой инструментал


Сэм Адегбие: "Worldwide Steppers", "We cry together"

Кирилл Бусаренко: “Worldwide Steppers”. Минималистичный инструментал, вызывающий ощущение, что сейчас что-то грянет. Так и происходит — на строчке “like the first time I fucked a white bitch” (а она звучит не впроброс, на ней строится чуть ли не вся драматургия трека) врываются тревожный сэмпл и очень личные подробности жизни.

Руслан Муннибаев: "Rich Spirit".

Андрей Недашковский: “N95”. Местный аналог “Humble”, который легко представить в плейлисте среди треков Yeat и Lil Baby. Но триумфальным трэповым саундом здесь редко развлекают — альбом звучит как ретроспектива прошлых релизов Ламара. Здесь синтетическое звучание сочетается с размашистыми джазовыми оркестровками, а из-за калейдоскопа рассказчиков, выходов танцовщиков-степистов и общей динамики постановки “Mr. Morale & The Big Steppers” напоминает мюзикл.

Даниил Трабун: "Count Me Out" — тут миллион нюансов, за которыми хочется наблюдать.



Самая запомнившаяся строчка


Сэм Адегбие: Половина альбома.

«When I expire, my children'll make higher valleys»

«I hope i’m not too late to set my demons straight»

«promise that u will keep the music in rotation / that’s what i call love»

«I’m done with the sensitive taking it personal»

«Objectified so many bitches, I killed their confidence»

«too passionate it gets ugly»

«daddy issues kept me competitive / that’s a fact nigga»

«My niggas ain't got no daddy, grow up overcompensatin' / Learn shit 'bout bein' a man and disguise it as bein' gangsta»

Кирилл Бусаренко: “She drove her daddy's Benz
I found out that he was a sheriff
That was a win-win
Because he had locked up Uncle Perry
She paid her daddy's sins”

Руслан Муннибаев: "I can't please everybody". Не панчлайн, а просто напоминание по жизни.

Андрей Недашковский: “Show me you real, show me that you bleed” (“Покажи, что настоящий. Покажи, что у тебя идет кровь”) — эта строчка полнее всего описывает метод артиста на “Mr. Morale & The Big Steppers”. Но не стоит измерять силу Ламара-автора обособленными строчками. Ему важнее закрутить семиминутную историю полную хитросплетений с крещендо в финале, чем собрать куплет из отдельных панчей (“Mother I Sober” или “Auntie Diaries”).

Еще очень зауважал Summer Walker — обладательницу сильных убеждений и большого сердца, а также авторку сверкающих строк: “It ain't love if you gon' judge me for my past / No, it ain't love if you ain't never eat my ass” (перевода не будет, простите).

Даниил Трабун: Самокритичная в "Auntie Diaries":

'Faggot, faggot, faggot,' we can say it together
But only if you let a white girl say 'Nigga'"

Напоминающая об инцинденте в 2018 году, когда Кендрик разозлился на белую фанатку, которую позвал на сцену, а она прочитала вместе с ним N-word в "M.a.a.d City". А еще напоминающая о детстве Кендрика, где он будучи ребенком узнал о транслюдях и его тетя стала дядей.




Что больше всего не понравилось?


Сэм Адегбие: Пока что таких моментов нет.

Кирилл Бусаренко: Это личный альбом, где некоторые песни звучат как исповедь — Кендрик тихо копается в прошлом и распутывает причины со следствиями. Это интересно, но второй раз включать особо не хочется.

Руслан Муннибаев: Не почувствовал никаких точек соприкосновения с собой. Это настолько личный альбом человека, чья жизнь непохожа на мою, что просто остается развести руками. Разумеется, в рэпе вообще мало альбомов, в которых говорится о моей жизни — но там включаются другие механизмы: симпатия к автору, желание быть похожим, просто весело наблюдать за изобретательным враньем. У Кендрика получился альбом человека, который запутался и пытается распутаться. Удачи ему в этом, подожду следующий альбом.

Андрей Недашковский: “Я как будто учебник прочитал против своей воли” — такие “серьезные” претензии легко представить и в отношении этого релиза. “Mr. Morale & The Big Steppers” — это не easy listening. Не тот альбом, который хочется включить утром под сижку. Требовательный материал для слушателя, готового посвятить ему свои время и внимание.



В чем крутизна альбома


Сэм Адегбие: Этот релиз — пример работы «старшего брата». Кенни — «старший брат» в сегодняшней формации хип-хопа. Его не было пять лет. За эти пять лет внутри хип-хопа и чёрного коммьюнити сша произошло много «волнительных» событий, которые нужно было «разжевать». Глобально этой задачей обычно занимается Шапелл. Теперь Кенни взял на себя эту роль, хоть и открещивается от титула «мессии». Слушая альбом, ты будто бы делаешь работу над ошибками в своих убеждениях и мыслях. А то как он умудрился вовремя выдать историю на «Auntie Diaries» — вообще без комментариев. Давно не слышал настолько важных и одновременно естественных песен в хип-хопе.

Кирилл Бусаренко: Главный рэпер планеты проговаривает вещи, которые вроде как активнее становятся нормой, но при этом редко затрагиваются жанром. Терапия — это полезно, навязанные нормы маскулинности — вредят, любая звезда — живой человек со своими бедами.

Руслан Муннибаев: В честности автора, его слабости и всё еще нетипичных для рэпа темах.

Андрей Недашковский: Рэпер, которого фэны сакрализировали еще при жизни, рвет нутро, пускает себе кровь (см. строчку “Show me you real, show me that you bleed”) и говорит, что он не выше других, а такой же и даже хуже. Арт-терапия сама по себе не гарантирует сильного альбома, — каждый второй артист свои альбомы называет “откровенными” или “честными”, — но Кендрик Ламар сделал все, чтобы упаковать ментальные прорывы в прорывы творческие.

А там, где Руслан не находит точек соприкосновения со своей жизнью, я вижу во многом универсальное высказывание, резонирующее со мной и контекстом, в котором я существую. Речь не про те моменты, где говорится о секс-зависимости Ламара или его отношении к BLM. Это мысли человека, который всматривается в зеркало и видит за спиной всех, кто был до него. Он видит сегодняшние процессы не как изолированные явления, а как логичное и не всегда очевидное развитие событий, случившихся много лет назад, — будь то сложные отношения с соседями или альфамачизм рэп-фрешменов как психокомпенсация за абьюз их прапрабабушек. Это высказывание человека, который не хочет быть для своих детей пассивным переносчиком токсичности предков. Вот и ответьте на вопрос, близок ли нам герой альбома и его порывы.

Даниил Трабун: Крутизна альбома в том, что Кендрик разрушает стигму, уничтожает токсичную маскулинность и говорит о вещах, о которых не принято говорить «настоящим мужикам». И делает это не ради нас, а ради себя.



Кендрик — величайший рэпер из живущих? А кто?


Сэм Адегбие: Кенни на TDE > Пака на Death Row. Дискография Кенни > дискография Насира. Безусловно, Кенни не лучший эмси, — есть эмси, которые не уступают Кенни в скиллах или сторителлинге. Но никто не умеет заставить весь мир слушать так, как это делает Ламар. Следующие десять лет все сильные эмси будут сравниваться с Кендриком. Выдающаяся карьера.

Кирилл Бусаренко: Божественно читает рэп — да, каждый альбом как новая классика — да, крутые песни — да. Вроде заполняются все чекбоксы, но поле для споров все равно есть.

Руслан Муннибаев: Смотря что иметь в виду под словом "рэпер". Как артист и личность Канье больше него, например. Дрейк популярнее, Трэвис и Эйсэп трендовее. Но если нужно использовать именно "рэпер" и вкупе, то по внутренним ощущениям — конечно.

Андрей Недашковский: Кендрик — величайший рэпер из живущих.

Даниил Трабун: Он точно имеет свою уникальность и не будет забыт.



Оцените "Mr. Morale & The Big Steppers" по 10-балльной шкале


Сэм Адегбие: 9

Кирилл Бусаренко: 8

Руслан Муннибаев: 7

Андрей Недашковский: 9

Даниил Трабун: 10 сессий психотерапии из 10



Средняя оценка: 8.6



Все из-за того, что он не вернул Некоглаю долг в 5,5 миллионов рублей.
Forbes выяснил, как изменилась аудитория популярных российских комиков после 24 февраля.
Артисты прощаются с Сашей Скулом и обсуждают новый альбом Дрейка — и секс втроем.