Клипы Альбомы Тексты Новости
16+
Тексты
Текст: Джефф Вайс, The Ringer

Никто не верил во Freddie Gibbs, но вот как он достиг вершины

Уроженец городка Гэри в штате Индиана пережил торговлю наркотиками, задержание и суд за границей, а также годы мучений с мейджор-лейблами — и стал одним из величайших рэперов своего поколения (а возможно, и всех времен).
Комментарии
0

Публиковать этот перевод было бы интереснее, если бы воскресной ночью "Alfredo" Фредди Гиббса и Элкемиста получил Грэмми за лучший рэп-альбом. Во-первых, этому тексту, без малого коронующему Гиббса как лучшего рэпера поколения, не помешало бы лишнее подтверждение его статуса в виде капельки позолоты от самой известной музыкальной награды в истории. Во-вторых, заход "Он только что получил Грэмми за лучший рэп-альбом" в теории помог бы нам привлечь к этому материалу еще пару лишних читателей — и возможно, кого-то из них приобщить к культу Фредди. Это было бы неплохо для них самих.

Грэмми досталось другому достойному артисту. Но удовольствие, которое вы получите от этого материала, опубликованного спортивным (!) изданием The Ringer, не станет меньше. Наслаждайтесь.





Уроженец городка Гэри в штате Индиана пережил торговлю наркотиками, задержание и суд за границей, а также годы мучений с мейджор-лейблами — и стал одним из величайших рэперов своего поколения (а возможно, и всех времен). В это воскресенье он, возможно, получит "Грэмми", да и в целом дела у него идут неплохо.


Вилла "Маунт-Кейн". Поскольку она существует в фантазии в духе истории о богах на Олимпе, то лос-анджелесское пристанище Фредди Гиббса должно быть снабжено кранами, из которых течет коньяк "Hennessy", и холодильником, забитым чистейшим белым порошком в Северной Америке. Английский дворецкий выносил бы на серебряном подносе бланты с фирменным сортом каннабиса Фредди. Гарем девушек в норковых мехах на диванах угощались бы галлюциногенными грибами в шоколаде. Гиббс щеголял бы по своему дворцу в халате Versace психоделической расцветки, напоминая не то ханьского императора, не то Хью Хефнера. А открывающийся вид на окрестности... Мда, такой вид обеспечить себе может лишь богатый наследник, главарь преступного синдиката или один из лучших рэперов на Земле.

Возможно, декаданс здесь лишь по выходным. В среду домашний быт Фредди Сопрано в долине Сан-Фернандо не так уж и отличается от быта Тони Сопрано. Гэнгста Гиббс очень вежливо обсуждает дела со строителями, которые занимаются ремонтом его орлиного гнезда на вершине холма. В дымке внизу простирается долина. Изысканный дизайнерский наряд сменили кроваво-красная худи и черные шорты. Дом обставлен негусто, но уютно. То тут то там красуются личные реликвии: пара обуви с гиббсовской "G", открытки "Мы любим дядю Фреда" от племянников и племянниц, анимированный триптих с Гиббсом, Curren$y и Элкемистом, дизайнерские скейтборды и обрамленный портрет Гиббса в спортивном костюме Adidas. На то, что мы имеем дело с крупной рэп-звездой, намекает и флот машин в гараже, среди которых Impala 1972 года и новенький Corvette.

В соседней комнате под внимательным присмотром няни на игрушечном спорткаре гоняет его маленький сын Фредди-младший (которого наш герой ласково зовет "Кроликом"). Дом расположен к востоку от огороженных стеной сказочных дворцов Канье-Кардашьян-Дрейка. В этом районе живут зубные врачи, юристы и риелторы. Все они — состоятельные люди, члены родительских комитетов при частных школах, и соседство Гиббса с пародонтологом кажется слегка нелепым.

Следует воздать Фредди должное за дар к сотворению миров, благодаря которому в одной личности сочетаются дружелюбный фанат NBA и лирический герой Фредди Кейн — непобедимый наркобарон, запечатленный в классических совместных альбомах с Мэдлибом "Piñata" (2014), "Bandana" (2019), а также в прошлогоднем "Alfredo", за который Гиббс и Элкемист выдвинуты на "Грэмми". В первой половине карьеры Гиббс налегал на бескомпромиссные рифмы об убийствах, однако потом изящно превратился в босса мафии, разодетого в сшитые на заказ наряды от Gucci — словно фрилансер-грабитель стал заправляющим делами авторитетом, к которому обращаются с просьбой оказать услугу.

Хип-хоп карьера Гиббса фактически беспрецедентна: когда первый его лейбл Interscope списал рэпера со счетов, он пробился к признанию в качестве независимого артиста — одного из популярнейших музыкантов эпохи блогов. Несмотря на полные залы, которые Фредди собирал по всему миру, индустрия продолжала относить его к андеграунду. Однако за последние пять лет его карьера получила взрывное развитие: за несколько месяцев до 39-го дня рождения Фредди многократно популярнее, чем был когда-либо. В прошлом году он подписал контракт с Warner Records, получил первую сольную номинацию на "Грэмми" и регулярно упоминался в списках лучших рэперов из числа живущих ныне. Этакий Хэнк Аарон (бейсболист, который славился несравненным постоянством отличной игровой формы, но ни разу не сделал 50 хоум-ранов за сезон) от мира хип-хопа стал его Барри Бондсом, который ближе к сорокалетнему возрасту совершил за счет стероидов рывок, нарушающий законы пространства, времени и объема легких.

"Здесь главное — делать 30-40 хоумранов каждый год. Я не пытаюсь сделать в один год 51, а в следующий — 12, и оказаться в низших лигах" — говорит Гиббс, затягиваясь блантом в своей студии, оформленной в сугубо деловой манере в черном цвете. На "плазме" включен спортивный канал ESPN. "Если я буду зарабатывать по пятьдесят тысяч долларов за концерт до конца карьеры, то супер. Я знаю много таких, кто не зарабатывает столько за год. Я не жадничаю в этой игре. Сейчас мне открывается много возможностей. Оглядываясь назад, я понимаю, что лучше так, чем если бы это случилось со мной в начале карьеры, когда я был слишком молод, чтобы понять это и совладать с этим".

Некогда неспособный пробиться к широкому слушателю артист заслуженно стал исполнителем первого эшелона. Ресивер и сэйфти (позиции игроков в американском футболе — прим. The Flow) школьной команды, который получил стипендию в Университете Болл Стэйт — и ушел с первого же курса — сейчас является любимым артистом будущих членов Зала славы баскетбола.

"Кажется, он только выходит на пик формы, — говорит близкий друг Гиббса Кевин Дюрант, форвард "Бруклин Нетс". — Он может записываться с кем угодно и при этом сохранять у микрофона разносторонность и инстинкт убийцы. Видно, насколько ему есть дело до собственного творчества. Мало кто аутентичнее его. В его музыке присутствует как юмор, так и боль".





Чтобы понять источник этой боли и важности эволюции Фредди, придется вернуться к его первому прорыву. Я познакомился с Гиббсом в конце 2009 года, вскоре после выхода "The Miseducation of Freddie Gibbs" и "Midwestgangstaboxframecadillacmuzik" — двух микстейпов, которые изменили его жизнь. Первый по большей части состоял из песен с его так и не выпущенного лейблом Interscope дебютного альбома, второй же был его первой декларацией о намерениях. Баунсом с надрывной читкой даблтаймом Гиббс заявил себе как о виртуозном наследнике стремительного рэпа Bone Thugs-N-Harmony и Twista со Среднего Запада США, грязного кантри-соула UGK и Devin The Dude, присущего 2Pac неистовства в духе "я против остального мира" и сертралиново-кодеиновых гармоний Z-Ro.

Музыка была замечательной по всем параметрам, но назвать тогда Гиббса неотесанным было бы преуменьшением. Когда я навестил его той зимой, он по-прежнему жил в Ван-Найсе (район в долине Сан-Фернандо к северу от Лос-Анджелеса — прим. The Flow) в ветхом многоквартирном доме, расположенном в злачном квартале, заваленном упаковками от презервативов, стеклом разбитых бутылок и перевернутыми магазинными тележками. Мы уничтожили три бланта за полтора часа, и Фредди рассказал мне, как одним из его хобби в родном городке Гэри было ограбление товарных поездов. Я уходил настолько накуренным, что забыл траву, которую принес с собой. Вернувшись за ней, я услышал от Фредди, что он "без лишнего шума добудет любой стафф, который мне понадобится". Мне нужно будет лишь сказать ему.

"У меня хранился там кокаин, у меня хранилась там трава" — говорит Гиббс, затянувшись блантом в студии. Когда Гиббсу еще не было тридцати, он казался человеком, идеально подходящим на роль 2Pac в байопике. Сейчас же он кажется просто Фредди Гиббсом: долговязый, но мускулистый, свежевыбритая голова, эспаньолка. При этом рэпер словно наделен некой приглушенной энергией, которая по-прежнему может создать колоссальные проблемы, начни вдруг события развиваться по худшему сценарию.

"Тогда я как раз получил деньги от лейбла и потратил их, чтобы купить еще наркотиков, — продолжает он. — Я не платил никаких налогов. Я думал: "Ладно, буду трэповать, пока лейбл не предложит мне контракт на выпуск альбома". Однако тяжело отказаться от того, чем зарабатывают все твои друзья. Друзья же не зарабатывают на рэпе, в отличие от тебя".

Уже трудно вспомнить, насколько иначе выглядела ситуация десять лет назад. Когда Гиббс попал в список фрешменов журнала XXL в апреле 2010 года, в США еще не было стриминга. Если твои треки не играли на радио, продать компакт-диски было практически невозможно. То была эпоха Tumblr-рэпа и Odd Future, мелодичных поп-кроссоверов вроде музыки Drake и Wiz Khalifa. Brick Squad и Waka Flocka рулили в Атланте. Пути для Гиббса попросту не существовало. Он был слишком молод для ностальгии слушателей и слишком груб для остатков бэкпэкерского андеграунда. Его не поддерживала корпоративная машина гэнгста-рэпа, которая как раз отживала свое с тех пор как Канье обогнал по продажам 50 Cent.

Межзоновое существование Гиббса лучше всего описывала афиша мероприятия 2010 года, на которой его втиснули между каноническим хедлайнером GZA и выступавшим на разогреве Кендриком Ламаром. Спустя две недели комптонский рэпер выпустил микстейп "Overly Dedicated", за который его короновал Dr. Dre. Остальное — пулитцеровская история. Гиббс же, в отличие от коллег по цеху, точно родился под несчастливой звездой. Отчасти дело было в обстоятельствах. В родном городке Гэри Гиббс упирался в стеклянный потолок. Несмотря на отдаленность лишь в 40 километров, Чикаго никогда не заявлял права на родину Jackson 5. Не спешил считать Гиббса своим и Лос-Анджелес. Статья, которую я написал про него для газеты LA Weekly, вызвала бурчание и в целом была понята неверно многими представителями местной рэп-сцены. Никто не отказывал Гиббсу в таланте, однако, несмотря на то, что он периодически жил в городе с середины нулевых, местные так и не начали называть его настоящим лос-анджелесским рэпером.

"На тот момент никто в Лос-Анджелесе не читал рэп лучше, чем я. Будь я родом из Лос-Анджелеса, я стал был гораздо более крупной звездой, причем раньше, — говорит Гиббс. — Сейчас времена изменились. Когда-то география играла большую роль в том, что ты делаешь, от нее зависела и поддерживающая тебя база. Я нуждался в этой базе, у меня не было ее в Гэри, поэтому я переехал сюда и фактически воткнул свой флаг в землю между Лос-Анджелесом и областью залива Сан-Франциско. Плюс меня выручил интернет. Благодаря мне ребятам из небольших городов теперь проще получить признание".

Сентиментальность уроженца Гэри сидела во Фредди глубоко, однако на протяжении первых лет жизни в Лос-Анджелесе каждый шаг рэпера определяло жестокое мировосприятие, выработанное в восточной части городка, в котором происходило больше убийств, чем в любом другом месте "Ржавого пояса" США. Гиббс подписал контракт с Interscope с посредничеством Джо "3H" Вайнбергера (известного упоминанием Канье в треке "Last Call") после того, как Бен "Лэмбо" Лэмберт, и поныне остающийся менеджером Фредди, нашел артиста на ныне уже не существующем сайте с микстейпами. Однако индустрия находилась в состоянии свободного падения благодаря Napster, и лейбл не понимал, что делать с Фредди. 50 Cent мог подписать Фредди, чтобы тот заменил The Game в G-Unit. Вместо этого он подписал Hot Rod (загуглив "Hot Rod рэпер", вы увидите на верхних строчках поисковой выдачи видео на YouTube под названием "Что случилось с Hot Rod?")

"Я был в бешенстве, потому что знал: если G-Unit не подпишет меня, то Interscope меня сольет, — говорит Гиббс. Он почти избавился от гнева по этому поводу, но часть этой занозы все еще сидит в нем. "Шесть месяцев как бы шло прослушивание, а потом мне просто заявили: "Мы в тебе не нуждаемся". Меня всегда вдохновлял 50 Cent, я действительно хотел оказаться рядом и учиться у него. Впрочем, ничто не происходит просто так".

Улицы одержали временную победу. Фредди пожил во всех частях Южного централа: на перекрестке 43-й и Мэйн-стрит, 55-й и Эстрелла, на Фигероа. Он упаковывал вес и вывозил его из города. Его несколько раз обвиняли во владении оружием, за счет несоблюдения правоохранительными органами формальностей он сумел избежать обвинений в связи с хранением наркотиков и провел лишь несколько дней в "Твин Тауэрс" (тюрьма в LA — прим. The Flow).

Ситуация стала непростой, и жизнь забросила Гиббса бумерангом сначала в Гэри, а потом — в Атланту, где жила его беременная подруга. Случилась трагедия. Девушка потеряла ребенка, у Фредди умерла бабушка, он попал в зависимость от таблеток и едва не погиб в перестрелке. Он полностью забросил рэп, и время было не на его стороне. Если бы не покойный ныне Джошуа Фэйдэм (он же Josh the Goon), Фредди Гиббса в том виде, в котором мы его знаем, попросту бы не существовало.

Невозможно написать полную историю Фредди Гиббса без упоминания Josh the Goon, который умер от гипертрофии сердца прискорбно рано — в 2017 году. Чтобы представить его, представьте себе Пагсли из семейки Аддамс, который состоит в группировке скейтеров Z-Boys и ходит в школу с кастетом. Типичный представитель породы "слишком редкий, чтобы жить, слишком странный, чтобы умереть", этот еврейский панк-звукоинженер из Калифорнии не дал Гиббсу бросить рэп. Goon полдюжины раз предлагал Гиббсу билет на самолет и крышу над головой, и Фредди в итоге сдался. Знакомые с легендой Гиббса обожают множество историй про артиста из конца нулевых. Каждый день, когда Goon уходил на работу, Gibbs сначала варил крэк, а потом открывал свою уличную аптеку.

"Кокаин было настолько легко продавать! Я получал унцию порошка за 800 долларов, а крэка из нее получалось на 1700 долларов. Я делал это каждый день, — говорит Гиббс. — Я начал продавать крэк еще в старших классах школы. У меня был друг, который из порошка на 50 долларов готовил порцию крэка, которую я продавал двум торчкам за 100 долларов".

В Голливуде стоял дом в духе реалити-шоу "Реальный мир". Гиббс снял в нем комнату и начал сколачивать состояние, добавив в репертуар мягкий кокаин. Заправляла заведением эмигрантка из Южной Африки, которая начала спать с Гиббсом и предложила ему фиктивный брак с целью получить грин-карту.

"Она начала предлагать мне 25000 долларов, чтобы я на ней женился, — вспоминает со смехом Гиббс. — И я такой: "Ну уж нет... Сука, я продаю крэк. 25000 у меня зашиты в матрасе. Что с тобой не так?"

По ночам он записывал музыку, которая попала на микстейп "Midwestboxframecadillacmuzik". Не особо удивляешься, узнав о параллельных карьерах в торговле наркотиками и хип-хопе человека, который читал в припеве: "Бог заставил меня продавать крэк, чтобы мне было, о чем читать рэп". Однако особо впечатляет то, насколько умело Гиббс переключался между мирами: вот он затягивает на припев вокалиста Black Keys и затевает коллаборации с EDM-trap-продюсерами, а вот приобретает целый арсенал.

"Сложно быть одновременно на войне и в рэпе, потому что необходимо сосредоточиться на чем-то одном, — говорит Гиббс. — Восемьдесят процентов всего времени, в которое я продавал наркотики, я был в состоянии войны с другими бандами, другими поставщиками. У меня есть опыт грабежа. Можно ограбить лишь ограниченное число людей до того, как возьмутся уже за тебя. Значительную часть заработанных на наркотиках денег мы тратили на войну, на то, чтобы остаться в живых. Не только на еду, жилье и одежду — еще и на патроны".





К 2012 году в конце тоннеля забрезжил свет. Young Jeezy пригласил Гиббса на свой лейбл CTE. Одновременно Гиббс создал творческий союз с Мэдлибом, сэмплоделическим хип-хоп-композитором, что позволило ему окончательно снискать расположение андеграунд-аудитории. Но союз с Jeezy быстро распался. И хотя первый совместный альбом Гиббса и Мэдлиба имел коммерческий успех и пользовался признанием критиков, он не смог разлучить Фредди с преступным миром. Спустя примерно восемь месяцев после выхода пластинки "Piñata" в Гиббса стреляли около Rough Trade (знаменитый магазин пластинок и концертный зал в "хипстерской" части Уильямсбурга, закрылся в январе 2021-го из-за пандемии — прим. The Flow) в Бруклине практически в упор. Нападавший был лишь в нескольких шагах и задел двух человек из окружения Фредди, но не попал в самого артиста. Целься стрелок хоть чуточку лучше, история бы закончилась на этом месте.

Гиббс же продолжил закупать оружие. В интервью, которое Фредди дал мне в 2015 году после рождения первого ребенка (дочери Айри), он рассказал, что владеет где-то 50–100 единицами стрелкового оружия, а "с момента рождения дочери покупает по два ствола в месяц". Тем временем за наркотики посадили Dominican H, близкого друга Фредди, которому рэпер выражал респект в ряде треков. Во время туров по стране сотрудники ФБР начали встречать Фредди в аэропорту. Они начали следить за ним в местах, имеющих отношение к торговле наркотиками. Пространство начало сужаться.

"За меня взялись как следует, — говорит Гиббс. — Пытаясь избежать всего этого, я отправился в Европу, и меня арестовали там. Я думал, что это из-за моих американских движений с наркотиками. Я был потрясен: "Что?! Они достали меня здесь? Что вообще происходит?"

Один за другим люди вокруг раскрывали свои подлинные личности. Коридорный отеля не был коридорным — он был полицейским. Девушка на стойке регистрации предъявила значок. Швейцар вытащил пистолет. Да и холле отеля сидели не туристы — это была французская полиция. Засада. Бежать было невозможно.

Шоу не могло продолжаться. Концерты тура пришлось резко отменить. Дело происходило 2 июня 2016 года в Тулузе — аэрокосмической столице Франции с населением в полмиллиона человек, расположенной примерно в полутора часах езды от средиземноморского побережья. Фредди Гиббса, американскую рэп-звезду, окружили. "Э, что такое?" — воскликнул он. Он пытался отбиваться, но потом увидел оружие: "Вот дерьмо". Полицейские быстро заковали Фредди в наручники на виду у всей сопровождавшей его в туре команды: администратора, тур-менеджера и промоутера. Те активно пытались убедить французскую полицию, что произошла какая-то ошибка, но шесть агентов под прикрытием не оказываются на операции по ошибке.

Удача Гиббса закончилась. Это были не восьмидесятые. Избежать слежки, прослушивания и многонациональных щупалец ФБР было практически невозможно. Полицейские не сказали Гиббсу, за что его арестовывают, но казалось очевидным, что в Америке, по другую сторону океана, кто-то начал сотрудничать с органами правопорядка. А ведь Гиббс был настолько осторожен. Он следовал всем уличным правилам: не продавал наркотики большими партиями, никогда не связывался с лишними партнерами. Если ты независимый фрилансер, то периодически будешь нести потери и никогда не заработаешь, как Big Meech. Однако ты мог превратить заработок от аппер-миддл-класс-рэпера в настоящее богатство. Наркотики всегда были средством для достижения цели. Поимей с них все, что сможешь — и сматывайся. И Гиббс был так близок к цели. Он наконец-то заработал достаточно, чтобы купить землю, и вот-вот перестал бы обходить закон. Этакий девелопер Стрингер Белл из третьего сезона "Прослушки". И вот что происходит.

Фредди привезли в следственный изолятор в Тулузе. Это учреждение не было похоже на следственный изолятор в лос-анджелесском районе Марина Дель Рей, где полицейские, после задержания Гиббса с оружием, спросили у него, не хочет ли еды из McDonald's (потом вообще выяснилось, что пистолет был зарегистрирован, и уже через несколько часов Фредди был на свободе). СИЗО в Тулузе, скорее, напоминало темницу около аэропорта Лос-Анджелеса — тюрьму, в которую полицейские отвезли Гиббса после задержания с полутора килограммами травы. Тогда до Гиббса докопался другой задержанный, и началась драка. Двое суток спустя Фредди вышел под залог, а когда все же оказался в зале суда, судья непонятным образом перепутал 3-4 фунта (~1,5 кг) c 3-4 граммами. Дело было закрыто.

На этот раз счастливых случайностей не произошло. Французские тюрьмы были грязными и неопрятными. В них часто возникали конфликты на расовой почве. Гиббса посадили с черными заключенными, большинство которых родились в Африке и не говорили по-английски. "Господи, похоже, намечается продолжение тюремных приключений" — пробормотал Фредди себе под нос. Все вокруг беспрестанно курили. Фредди едва мог дышать. Два или три дня спустя ему сообщили, что он арестован за насильственные действия сексуального характера. Во внесении залога до тщательного рассмотрения дела Гиббсу было отказано.

Охранники дразнили его на ломаном английском, в шутку требуя от него читать рэп. Экран чужого смартфона. Ночные выпуски новостей. Сенсационные сообщения об американском рэпере, обвиняемом в гнусном преступлении. Ужасные сценарии мелькали в голове Фредди. Он думал, что, возможно, его дочь уже будет тинейджером к моменту их следующей встречи. Ему было необходимо убедить невесту в собственной невиновности. Опять же, у него была карьера. Как только подробности его ареста стали известны в США, мнение общественности качнулось в обратную сторону.

"Я ненавижу насильников. Оказаться в глазах других насильником — едва ли не худшее, что случалось со мной за всю жизнь" — говорит он мне пять лет спустя. Но на тот момент у Фредди фактически не было возможности донести до внешнего мира правду. Около недели ему не давали воспользоваться телефоном. А когда, наконец, дали, он позвонил маме, невесте и менеджеру Лэмбо, который взялся за трудоемкий процесс организации команды адвокатов — в итоге в ней будет 11 юристов.

Причиной ареста Фредди послужили события, разыгравшиеся после концерта в Вене за год до этого. Две австрийские девушки — 16 и 17 лет — пробрались за кулисы и завели знакомство с членами гастрольной команды Гиббса. Потом они поехали с ними в отель. Гиббс говорит, что в одиночестве вернулся в свой номер и лег спать. На следующий день женщины написали заявление в полицию — мол, один из друзей Гиббса совершил против них преступление сексуального характера. Имя Гиббса в заявлении не фигурировало, никаких обвинений против него выдвинуто не было.

Согласно заявлению, друг Гиббса занялся сексом с обеими женщинами. Возраст согласия в Австрии составляет 14 лет, поэтому, с правовой точки зрения, незаконными действиями могло считаться подмешивание чего-либо в напитки женщин, в результате которого они просто были не в состоянии дать согласие. Спустя неделю после происшествия австрийская полиция связалась с букинг-агентством Гиббса и сообщила, что на арест его друга выписан ордер. Предполагаемый нарушитель, уличный парень из Гэри, который приехал в Европу за компанию со школьным другом, к тому моменту уже вернулся в Штаты. Ситуация не получала развития до того, как Гиббс вернулся в Европу спустя 11 месяцев. Без предупреждения девушки снова пришли в австрийскую полицию и изменили показания, обвинив Гиббса. Ему предъявили официальное обвинение в "преступлении сексуального характера против беззащитного или психологически беспомощного лица".

"Девушка сказала: "Я вспомнила, что Фредди Гиббс тоже участвовал в изнасиловании, — рассказывал Гиббс XXL в 2017 году. — Ей приснилось, что я тоже принимал участие. Фактически меня привлекли к уголовной ответственности за флешбэк, за сон".

Проведя две недели в Тулузе, Гиббс в итоге вышел под залог в 50000 евро. Согласно условиям залога, Фредди должен был оставаться на территории Франции и еженедельно появляться в судах, при этом тратя целое состояние на краткосрочную аренду жилья. Он продолжал надеяться на то, что обвинения будут сняты, или на то, что французское или американское правительство не позволит экстрадировать его в Австрию. Но ситуация не разрешалась сама по себе.

Было заключено соглашение о выдаче. Спустя несколько месяцев, которые Гиббс провел во Франции, австрийский суд согласился на его пребывание на свободе во время рассмотрения дела. Как только артист прилетел в Вену, австрийцы тут же нарушили обещание. Мол, Фредди придется провести за решеткой выходные, пока ситуация не прояснится в достаточной степени. В понедельник же выяснилось, что судья, который гарантировал Гиббсу пребывание на свободе, отбыл в отпуск на месяц. Фредди был вынужден рассказывать свою историю другому судье, который не поверил ему и предписал арест на период следствия. Гиббс провел 37 дней в венской тюрьме.

В австрийской пенитенциарной системе следственный изолятор и исправительная колония не разграничиваются. Побуянившие по пьяни и закоренелые преступники отбывают заключение в одном месте. Это похоже на федеральную тюрьму в США. В Австрии Гиббсу было вдвойне тяжело. Африканцы не хотели иметь с ним дел, потому что он американец. Скинхеды не хотели иметь с ним дел, потому что он черный. Он сидел в камере полной насильников и кипел от гнева на то, что его поместили вместе с людьми, которых он презирает сильнее всего. Стены покрывали свастики. Но пока он был жив, Посольству США не было до него дела.

День и ночь он молился и писал рэп. Альбом "Bandana" наметился в тот мрачный период изоляции. За время заключения Фредди прочитал больше, чем за 15 лет с момента окончания школы. Невеста привезла ему книги Гила Скотт-Херона и Элайджи Мухаммада, "Повесть о двух городах" Чарльза Диккенса, автобиографию Малкольма Икс. Однако основную часть литературы по черной истории тюремные цензоры не пропустили. Однажды Фредди отвели в тюремную библиотеку, но там все книги были на немецком. По пути во двор на прогулку, он слушал расистские оскорбления.

Невеста навещала его вместе с их дочерью, и после каждой встречи Гиббс боялся, что видит малышку последний раз. Дела стали хуже некуда, когда в его тюремный корпус явились представители власти в сопровождении переводчика. Они все хорошо говорили по-английски, и это был еще один способ запугать его, подготовить почву для обвинительного заключения и заработать для себя политические очки.

"Они говорили мне: "Просто признайся в этом дерьме, и мы дадим тебе три года. Начнешь сопротивляться — получишь максимальные десять" — рассказывает Гиббс сегодня. — Я сказал: "Вы позаботитесь о том, чтобы я получил максимальные десять лет в отсутствие каких-либо доказательств того, что у нас с этой девушкой был секс?" Он такой: "Отсидишь полтора года и вернешься на родину". Я сказал ему: "Нет, если я признаюсь в этом дерьме, моей репутации конец". И я не признался.

Суд был назначен на 30 сентября 2016 года. В Австрии нет жюри присяжных. Судьба Фредди была в руках четырех белых австрийских судей. Спустя почти четыре месяца в заключении, его судьба решалась в течение двухчасового заседания суда, которое полностью проходило на немецком языке. Категорически отрицая, что у Гиббса был какой-либо физический контакт с девушками, адвокаты артиста предоставили видеозаписи с камер наблюдения в венском отеле, на которых девушки ходят по отелю по собственной воле как до, так и после происшествия, тусуются в холле. Два свидетеля из отеля, с которыми Фредди ранее не был знаком — сотрудник и постоялец — дали показания в его пользу. Результаты экспертизы ДНК окончательно исключили вину Гиббса: сексуального контакта между ним и женщинами не было. Были продемонстрированы селфи, на которых артист находится в своем номере в одиночестве. Опубликованы они были в то время суток, в которое, по словам девушек, происходило изнасилование. Обвинение, в основном, опиралось на непристойные строчки текстов в исполнении Гиббса и данные по видеосвязи показания потерпевших девушек.

На суде не было переводчика, и на протяжении всего заседания Фредди наблюдал за выражением лица и подмигиваниями адвоката, пытаясь понять, как он проведет следующие десять лет.

"Представь себе, каково это — сидеть и слушать кучу австрийцев, которые говорят по-немецки, решая мою судьбу, — рассказывает он мне у себя в студии. — Я очень сильно нервничал. Я не знал, что это люди собираются сделать. Я по-прежнему думаю об этом. Это был самый тревожный день моей жизни".

Судьи, особо не совещаясь, по очереди вынесли вердикты: "Невиновен", "невиновен", "невиновен", "невиновен".

Четыре месяца психологических и физических мучений, расистских оскорблений, изнурительного стресса и насильственной изоляции от членов семьи неожиданно закончились. Гиббса немедленно освободили, он мог вернуться домой. Что бы это ни значило.






Однако от такого переживания непросто оправиться. Травма остается, но люди находят способ преодолеть ее. Поначалу Гиббс даже не хотел возвращаться в рэп. Именно эта жизнь — постоянное внимание, асимметричные требования, роковые соблазнительцы — едва не привела его к краху. Фредди мучили кошмары. Он был учеником 2Pac, и параллели казались ему очевидными. Тот тоже пережил покушение в Нью-Йорке, отсидел в тюрьме за насильственные действия сексуального характера, причем и тогда в ситуацию были вовлечены непрошенные поклонницы. Мы все знаем, что произошло дальше. К тому же, Гиббс был на середине четвертого десятка жизни, когда большинство рэперов забрасывают музыку — если еще не забросили к тому моменту.

"Я больше не хотел читать рэп. Я даже не хотел больше быть знаменитым, — говорит Гиббс. — Я думал: займусь-ка другим делом и поправлю свое положение".

"Чем ты собирался заняться?" — спрашиваю я.

"Дальше продавать наркотики".

На тот момент он продавал наркотики больше половины жизни — дольше, чем читал рэп. В какой-то момент прошлого десятилетия разные стороны Фредди Гиббса стали сливаться. Называясь Гэнгста Гиббсом, ты должен понимать, что тебя постоянно будут проверять на соответствие статусу. К тому же, быстрые деньги манили Фредди очень сильно — ведь на старте он имел крайне мало.

"Когда я создал лирического героя с псевдонимом "Гэнгста Гиббс", он овладел мной, — рассказывает Фредди. — В определенной степени я был обязан соответствовать образу. А это может привести к проблемам как на улице, так и в музыке. Я знаю, что многие молодые ребята становятся заложниками своего образа, но, к счастью, у меня был баланс, у меня был Лэмбо".

Назвать союз Гиббса и Лэмбо союзом артиста и менеджера было бы упрощением. Это, скорее, креативное товарищество, которое достигло подлинного симбиоза лишь за последние несколько лет. После того, как Гиббс впервые вернулся в Лос-Анджелес в 2008 году, Лэмбо и Арчибальд "Арчи" Бонкерс оба выполняли роль его менеджера вплоть до 2014 года, когда Лэмбо стал единственным гуру. Лэмбо понимал, что не ему уговаривать Гиббса оставить уличную жизнь позади, однако оказывал сочувствие и поддержку до того момента, когда Фредди на это все же решился.

Духовным ориентиром долгосрочной карьеры Гиббса была карьера культовой для поклонников группы The Grateful Dead, которая записала крупнейший коммерческий хит спустя много лет после начала творческой деятельности.

"Первый хит The Grateful Dead записали только в конце восьмидесятых, а второго хита у них не получилось вообще, но у группы была большая фан-база, которая обожала их за подлинность. Именно такой я всегда видел карьеру Фредди, — говорит Лэмбо, который, вдобавок к управлению карьерой Гиббса, занимается артистами и репертуаром, а также маркетингом лос-анджелесского флагманского инди-лейбла Innovative Leisure. — The Grateful Dead не всегда брали нужную ноту, но всегда оставались собой и рисковали. Фредди не боится рисковать. И мы знали, что если всегда делать крутые вещи, люди в итоге это заметят".

Кроме полного посвящения себя рэпу, Фредди научился расслабляться. Не отказываясь от пуленепробиваемого менталитета, он явил миру свою персону во всей полноте: прирожденный артист, обладающий комическим даром крепкого словца и мимикрии — особенно после бутылки коньяка. То, что ты один из крутейших рэперов, не означает, что у тебя не может быть чувства юмора.

Для продвижения релиза 2018 года "Freddie" запустили вирусную маркетинговую компанию. Гиббс надел полиэстеровый костюм с открытым воротником а-ля Тедди Пендерграсс, и напевал салонные балады в видео, стилизованном под рекламно-информационный ролик эпохи диско. Фредди дал огня в социальных сетях, обрушив на подписчиков поток хаотичных шуток, нежных признаний в любви к своим детям и костюм зайца (я до сих пор не понимаю, к чему было это). В какой-то момент он, по мнению модераторов Instagram, перегнул палку в духе Ричарда Прайора, однако квазисекретный "левый" аккаунт Гиббса по-прежнему процветает.

"Они просто хейтят, — комментирует Гиббс свой бан в Instagram. — Они выперли меня оттуда, потому что некоторых слишком уж задевают мои посты. Я стараюсь постить смешно. Только Марк Цукерберг может вернуть мне аккаунт".

Разумеется, все это не имело бы значения, если бы новая музыка не была на уровне лучших треков его карьеры. Третья волна официально поднялась с выходом альбома "Bandana", который закончил 2019 год на 11 месте в списке наиболее высоко оцененных альбомов всех жанров на сайте Metacritic. Выпущенный на RCA, он стал первым фактическим релизом Гиббса на мейджор-лейбле: бывший беженец с Interscope совершил оборот в 360 градусов. Первый проект Мэдлиба и Гиббса дал ответ на вопрос, как зазвучат биты Мэдлиба, если призраки соуловых сэмплов будут с математической точностью убиты во второй раз натренированным рэп-киллером Гиббсом. На альбоме "Bandana" же Madgibbs предстает уже полноправной группой. Расслабленный и не скованный условностями дуэт создает шедевр в духе наркотической блэксплуатации при участии Anderson .Paak, Killer Mike, Black Thought, Yasiin Bey и Pusha T. Выбор приглашенных гостей четко давал понять: Гиббс поработал на славу и получил право на место в зале славы рэп-игры.

"Он может приспособиться к любому стилю или жанру, которые ты ему подкинешь, при этом сохраняя собственные стиль и флоу. Он поет, читает рэп, а еще я видел, как он выступает в жанре стэндапа лучше многих комиков, — говорит Мэдлиб. — Работая над альбомом "Piñata", мы еще толком не знали друг друга ни в музыкальном плане, ни в личном, однако с тех пор мы много зависали вместе. Я изучил его дискографию и попытался немного подстроиться под него на "Bandana". А у него, думаю, было время подольше послушать мои биты и приспособиться к ним. Чтобы читать рэп на мою музыку, нужны хороший слух и чуйка. Я не привязываю ритмику треков к сетке, я люблю ускорять и замедлять их, чтобы проверить уровень того, кто читает. Гиббс — один из моих любимых эмси, в нем есть и гангстерский стиль, и традиционный сырой хип-хоп".





Удивительным в выдвижении альбома "Alfredo" в номинации "Лучший рэп-альбом" было лишь то, что на "Грэмми" редко признают что-либо настолько нарочито некоммерческое. Ни Элкемист, ни Гиббс не требовали такого признания ни публично, ни в частных беседах. Идея полномасштабной коллаборации дуэта была мечтой слушателей с того момента, когда Гиббс выдал в 2011 году хрестоматийный куплет на треке "Scottie Pippen". Дуэт поставил перед собой простую цель и кропотливо работал над ее достижением. Если биты Мэдлиба можно сравнить с треугольным нападением и бросками с острого угла, то Элкемист идеально набрасывал Гиббсу аллей-уп для броска сверху. "Alfredo" — симфоническая подборка лучших слэм-данков, рэп как разнос в игре "NBA Jam" с отрывками из "The Original Kings of Comedy" вместо комментария "HE'S HEATING UP".

Открой кто-нибудь академию, в которой учат читать рэп (что было бы худшей, по общему признанию, идеей в мире), ему следовало бы сделать трек "1985" базовой учебной программой. Его записали на альбом "Alfredo" последним. Гиббс позвонил Элкемисту, чтобы сообщить: он "взломал флоу Бога" во время грибного трипа в студии с BJ the Chicago Kid. В треке, в котором бутон пейота скрыт под видом гитарной петли, Гиббс хвастался тем, что путешествовал с кокаиновым цирком, прямо как Майкл Джордан в 1985 году — и выпустил трек через неделю или две после выхода той самой серии "Последнего танца" (в сериале на Нетфликс Джордан назвал "Чикаго Буллс", куда он попал новичком, traveling cocaine circus — прим. The Flow). Его баритон нарезает строчки дабл-таймом без особых усилий. Фредди заныривает в скрытые карманы бита, перетряхивает, выматывает и расплющивает его с сокрушительной силой. Таким уровнем технического мастерства и способностью усидеть на мелодии за всю историю овладели буквально несколько рэперов.

"У Гиббса столько источников, из которых он черпает! — говорит Элкемист. — Во время работы он похож на штаны с 18 карманами и молниями. Он может залезть куда угодно. Его стиль уникален, потому что он вырос в Индиане, слушая рэп обоих побережий — и при этом его флоу подверглось влиянию Среднего Запада и Юга. Благодаря этому его песни действительно увлекательные, а ритм — сумасшедший. Стоит воздать должное и Мэдлибу — их два совместных альбома действительно распахнули двери перед этим стилем музыки. Это потрясающие альбомы, их можно было выдвигать на "Грэмми". Парни предприняли необходимые шаги и проделали огромную работу".

Возможно, дело и в удачном моменте. Десять лет назад ниши для Гиббса не было. Но параллельным курсом двигались вверх и его единомышленники: Roc Marciano, Danny Brown, Pusha T, Run the Jewels, Griselda, Earl Sweatshirt и Armand Hammer — они помогли перекинуть мостик через традиционную пропасть между суровым, беспощадным рэпом и экспериментальными полетами инновации. Гиббс синтезировал классический подход к гангста-рэпу и объединил его с беспорядочной затуманенностью лучших андеграундных идей. Он заставил гору прийти к нему.

"Ребенком я не знал, что буду рэпером, но в глубине души я всегда знал, что буду кем-то важным — и стал, — говорит Гиббс. — Теперь я хочу быть лучшим в своем деле, быть лучшим рэпером. Хочу, чтобы обо мне говорили так, как говорят о Jay-Z и Scarface, и, кажется, я на верном пути".




comments powered by Disqus
Умер рэпер, всю жизнь боровшийся с внутренними демонами и пытавшийся спасти от них других. Джо Караманика из New York Times посвятил ему прощальный текст.
Большой разговор с артистом, выпустившим самый важный альбом в карьере.