Тексты
17 октября 2023
"Ассоциировать себя с этими песнями не хочется, но, к сожалению, приходится": разбор альбома ЛСП "Несчастные люди"
В рубрике "Разбор" редакторы The Flow и приглашенные гости отвечают на главные вопросы о заметном музыкальном релизе и ставят ему свои оценки. Сегодня обсуждаем альбом группы ЛСП "Несчастные люди"
![](/uploads/images/resize/830x0/adaptiveResize/17/12/32/05/05/e039f4c40cd7.jpg)
НАПИШИТЕ ОБЗОР НА "НЕСЧАСТНЫХ ЛЮДЕЙ" БУДТО ЭТО ТВИТ
Карина Бычкова: Пронзительный альбом, который делает больно, рисуя картины обычной жизни.
Леша Горбаш (музыкальный редактор "Афиши Daily", телеграм-канал "край ми айривер т30"): "Несчастные люди" — это когда ты весь альбом думаешь о мрачном мире, в котором мы все живем. А потом приходит дворецкий Константин и разбивает тебе сердце.
Андрей Недашковский: ЛСП все дальше от рэпа (это оттолкнет старых слушателей). Иногда заходит на территорию Пирожкова и Ленинграда (что привлечет слушателей постарше). А тех, кто “не убежал”, ждут 30 минут историй про капитализм, апокалипсис, отсутствие социальных лифтов и заблеванные кусты. Покажите мне другой такой альбом.
Николай Редькин (телеграм-канал "Сломанные пляски"): “Несчастные люди” — поп-музыка в прочтении человека за 30, во-многом завязанная на воспоминании о его лихих юных годах.
Кирилл Бусаренко: “Из точки А в точку Б вышел юноша бледный со взором горящим, по дороге слегка располнел, пропил доспехи, женился на прачке”.
ЧТО БЫ ВЫ РАССКАЗАЛИ ОБ АЛЬБОМЕ ДРУГУ, КОТОРЫЙ ВООБЩЕ НЕ СЛЕДИТ ЗА МУЗЫКОЙ
Карина Бычкова: ЛСП всегда выпускали песни о несчастье. Раньше оно проявлялось в метаниях в поисках своего места (“Что-то еще”) и саморазрушении (“Монетка”), а теперь — в невозможности изменить жизнь (“Не убежал”) или вырваться из замкнутого круга, предначертанного судьбой (“Боди”). Олегу ЛСП — больше тридцати, его лирический герой оставил проблемы с поиском идентичности в прошлом, и сейчас его занимают мысли о неблагополучии, скуке и растраченном потенциале.
Леша Горбаш: У ЛСП вышел новый альбом. Если любишь только "Безумие" и "Монетку", можешь проходить мимо. А если нравятся трансформации группы, произошедшие за последние пару лет, акцент на звучание лайвбенда и ЛСП, который угорает по песенному флоу, — заряжай смело. Второй куплет "Вечной весны" — это тупо разъеб. И “Несчастные люди”!
Андрей Недашковский: Олег ЛСП, который когда-то выпустил один из главных альбомов трэпа на русском, теперь ушел в интеллигентное джазовое звучание. Из-за таких стилистических контрастов его хочется назвать “нашим Tyler, the Creator” — но нет, Савченко сложно с кем-то сравнить. В нем намешано буквоедство текстовика-затейника, выросшего на олдскуле, начитанность лингвиста-отличника, который, вероятно, написал первую в мире песню с упоминанием героя сказок с неподъемным именем Гуамоколатокинт, и наслушанность знатока попсы 90-х, у которого цитата Сюткина бесшовно соседствует с упоминанием Тупака и Бигги. Избито, но “Несчастные люди” — альбом, в котором каждый найдет что-то для себя.
Николай Редькин: Довольно сложно описать человеку со стороны прикол ЛСП. Это группа, лор которой столь обширен и велик, что в него надо натурально погружать. Поэтому сказал бы как обычно: “Прикольный музон, чекни. Мне кажется, тебе понравится”.
Кирилл Бусаренко: Один из хитмейкеров десятых теперь пишет с виду простые песни, но это обманка — такие песни сочинять непросто, они мастерские, но не помпезные, хитами вряд ли станут. Цепанет ли это тебя — вот тут самое интересное.
ЛЮБИМЫЙ ТРЕК
Карина Бычкова: “Ураганы”, из-за которых щемит сердце: и из-за ассоциаций с реальными событиями последних полутора лет, и из-за отсылок к одной из любимых сказок детства.
Леша Горбаш: "Несчастные люди". Трек воплощает в себе Олега в пиковой форме — рэпера, певца, сонграйтера, музыканта, думающего и рефлексирующего человека.
Андрей Недашковский: Пускай будет “Троянский конь” — самый прямолинейный рэп-момент альбома. Олег вспоминает первые шаги в рэпе и кисло-сладко флексит о том, что никому не по силам скопировать его стилек (потому что никому по-настоящему не понять, что у него на сердце).
Вообще фразой “троянский конь” называют прием, когда в песне, которая лишь на первый взгляд кажется простой и веселой, все в момент переворачивается с ног на голову. И если бы этот прием преподавали в школах, Олег был бы учителем.
Николай Редькин: “Сикрет плейс”. Это телепорт в 2014 год, когда “Виселицца” поражала тебе жестким, колючим, громыхающим звуком. Мне нравится, когда Олег пробует себя в жанре “подростковый ужастик” (давайте вспомним его другую большую песенную удачу последних лет — ремикс на “Весновку” M’Dee, это соул-хит, как будто увиденный глазами Натальи Мещаниновой, ну или подумайте про “Эйфорию”, если вдруг презираете русские сериалы), и вот это прямо оно. Когда простой поход на провинциальный дискач оборачивается страшно неловким, кринжовым, смешным, разрушающим романтические иллюзии приключением.
Кирилл Бусаренко: “Монополия”. Я ее понимаю так — в середине десятых ЛСП и рэперы той волны перелопатили ландшафт индустрии, но плоды достались следующему поколению, которое стало творить в эпоху развитого стриминга. ЛСП по этому поводу негодует, хотя ему скорее повезло — он не покрылся пылью как многие другие артисты-одногодки, пускай уже и не сияет так ярко.
И тут “Монополия” для меня рифмуется с интро “Золотой ключик”, где в поисках успеха ЛСП из прошлого (старый слушатель выцепит цитату “ты хочешь девок, бабок и таблеток”) отправляется в Страну дураков. Как невозможно выиграть в казино, так и нельзя пройти эту (рэп-)игру до конца — можно нажать на F5 и забрать заработанное, пускай хвостами цепляются другие.
А, возможно, я понимаю все слишком фигурально, и это просто песня про капитализм. Но ведь не может быть все так просто?
ЛИШНИЙ ТРЕК
Карина Бычкова: Таких нет, все работают на развитие истории.
Леша Горбаш: "Стоп-игра". Вроде бы и стильное аутро, но самый увесистый трек — заглавный, который как раз предваряет “Игру”.
Андрей Недашковский: “Вечная весна”, потому что сильно напоминает некоторые вещи с альбома “One More City”. И им проигрывает.
Николай Редькин: “Сектор Приз”. Понимаю, из-за какой драматургической логики он стоит в самом начале альбома, просто кажется, что это не лучший сингл из выходивших до альбома (все другие, поставленные в треклист, реально лучшие, к ним вопросов нет).
Кирилл Бусаренко: “Сектор Приз”, “Ураганы”, “Стоп Игра”. Они не лишние в контексте альбома, просто для меня они исчерпываются одним прослушиванием.
САМАЯ ЗАПОМНИВШАЯСЯ СТРОЧКА
Карина Бычкова: “Мать мечтала о мажоре, но повстречала батю / В холодосе пахнет морем крабовый салатик”. Этот отрывок констатирует, что героям не привыкать соглашаться на меньшее и что история циклична (в начале трека говорится “Ты мечтала о мажоре — сорри, я простой лингвист”), а еще, благодаря упоминанию знакомого каждому в наших широтах крабового салатика, картина становится выпуклой.
“Пили воду из-под крана под забавные видео” из этого же трека — также цепляет понятным любому миллениалу описанием нехитрого досуга на заре распространения YouTube.
Леша Горбаш: “В холодосе пахнет морем — крабовый салатик”.
Андрей Недашковский: “Ты предполагала, что от танцев кровь мою покинет алкоголь / И под транс мы будем целоваться… но жизнь — боль”, — это ли не лучшее описание того, как устроены песни ЛСП?
Николай Редькин: “Провалялись до утра мы на кровати родителей / пили воду из-под крана под забавные видео” — это из песни “Боди”. Я обожаю Олега за такие вот брошенные вскользь бытовые детали, вроде отрисованные довольно небрежно, но при рассмотрении — художественно-сильные. “Вялая жена вяло чистит банан”, “Остатки роз в дешевой стеклянной вазе”, вот это вот все. Мелочи, которые дают, как говорят саундпродюсеры, ОБЪЕМА.
Кирилл Бусаренко: “Гребанный Константин”. Вроде и сюжетный поворот из сериалов ТНТ, но свой смешок заслужил.
КАКИЕ У АЛЬБОМА СИЛЬНЫЕ СТОРОНЫ, ЗА ЧТО ЕГО ПОЛЮБЯТ
Карина Бычкова: “Несчастные люди” знакомят нас с теми, кто уже накопил опыт, но его нельзя назвать наполняющим или счастливым. Герои альбома предают друзей, вступают в ненужные отношения, изменяют от скуки, страдают от бытового пьянства и “готовы порвать друг друга ради престижа, наживы”. Ассоциировать себя с ними не очень-то хочется, но, к сожалению, приходится. От неудовлетворенности жизнью, пороков и неопределенности страдают не только те, кто делает что-то “неправильно”: кажется, это в принципе общее место у поколения постсоветских миллениалов. А узнаваемые детали быта еще больше заставляют примерять эти истории на себя. “Несчастные люди” сидят с родителями перед ящиком, соблазняют друг друга на танцполе, где звучат транс и драм-н-бейс, и считают, что счастье — это смотреть сериал под одеялом. И в этом образе жизни нет ни элегантности, ни больших свершений.
Леша Горбаш: 1 января 2020 года мы проснулись вроде бы в обычном мире. А уже через пару дней начался лучезарный сумасшедший пиздец. И “Несчастные люди” — как раз о нём.
Андрей Недашковский: Когда повестка настолько страшна, а законы — репрессивны, артистам, оставшимся в РФ/РБ, надо либо ничего вовсе не говорить о происходящем, либо маскировать все в песнях вуалью эзопового языка. И я хотел, чтобы Олег выбрал второй путь. Сложный путь. Пускай с оговорками, но это произошло. Причем на первый взгляд песни работают так же, как раньше: игривые софисти-свистелки пижона в дырявых носках. Истории, рассказанные с прищуром Чеширского кота, за которым таится подвох. Но послушайте “Не убежал”, максимально прямолинейное по меркам Олега ЛСП высказывание о белорусских протестах. Послушайте “Ураганы” про города в огне. “Монополию” про тех, кто хочет “изменить мир, но!”.
Многие песни на “Несчастных людях” написаны с иносказательностью детских сказок (и с персонажами оттуда же). Это легко понять. Во-первых, Олег и сам молодой отец. А во-вторых, от слова на букву “вэ” и видосов из тг порой только и хочется, что спрятаться в воспоминаниях из детства.
Николай Редькин: см. ниже.
Кирилл Бусаренко: Думается, это “нормальный” альбом. И вот в каком смысле — в нем не происходит ничего сверхординарного как по темам, так и по звучанию. Здесь простые истории и не всегда изобретательные тексты, которые компенсируются отточенностью припевов, а продакшн тяжело назвать хитовым. Но ведь у всех есть фильм или книга, к которым возвращаешься, когда не хочется сильно грузить голову. Вот для кого-то такую функцию выполнит альбом “Несчастные люди”.
ЧТО БОЛЬШЕ ВСЕГО НЕ ПОНРАВИЛОСЬ
Карина Бычкова: Песня “Карантин”, потому что пандемия закончилась 24 февраля 2022 года.
Леша Горбаш: До финала песни очень хотелось ругать "Карантин" за вторичность, за ушедшую в закат тему, за невзрачный бит. А потом случился финал — и я как заорал.
Андрей Недашковский: Маловато будет! Семь новых песен, если не считать тех, что выходили синглами, — слушатели, которые ждали альбома три года, точно захотят добавки.
Николай Редькин: Я соединю этот вопрос с предыдущим, с вашего позволения. Подсмотрел у Антона Савенко определение “нормисный” звук в отношении последних работ ЛСП (не “нормальный”, а именно “нормисный”). Исполнительным продюсером альбома в кредитсах указан Павел Шевчук, до этого он работал с группой Моя Мишель, Мумий Троллем, Земфирой, Гришей Ургантом (это я взял и просто скопировал список с его страницы ВК). И он + приглашенные битмейкеры действительно собирают для ЛСП очень комфортный звук. Этот комфорт — главная точка преткновения для тех, кто начал слушать ЛСП в середине десятых, и тех, кто пришел к нему в начале двадцатых (такие слушатели уже появились, я лично их встречал). В десятых ты не мог дать послушать ЛСП своей маме, в двадцатых мама его первая найдет и послушает в какой-нибудь Яндекс Волне. Но не забывайте: совершенно нормально хотеть хаоса в 20, и точно так же нормально хотеть комфорта в 30.
Кирилл Бусаренко: Как зарифмован первый куплет “Троянского коня”.
КАК МЕНЯЕТСЯ ЗВУЧАНИЕ ЛСП ПО ХОДУ КАРЬЕРЫ, ЛЮБИМЫЙ ИНСТРУМЕНТАЛ АЛЬБОМА
Карина Бычкова: “Несчастные люди” цепляют сторителингом и образами, но не звуком: в отличие от более ранних альбомов, ему не хватает выразительности. А любимый инструментал — это припев “Ураганов”, в котором страшные слова исполняются под романтичную по звучанию мелодию, и в этом сочетании противоречий проявляется стиль ЛСП.
Леша Горбаш: Звучание меняется от юношеского максималистичного хаоса ко взрослым изыскам. Я тут сжульничаю и назову сразу два. За первое отвечает “Сикрет Плейс”, за второе — “Не убежал”.
Андрей Недашковский: Хотите старого ЛСП — слушайте старые альбомы. Группа за 10 релизов (семь альбомов + три ипишки) пересобрала себя неоднократно. Сначала это был такой хипстер-хоп под электропанк и дабстеп, потом трэп, потом аудиосказки с шансоном и поп-панком. Сейчас это интеллигентный софисти-поп с мощным концертным грувом (и Олегом, который на этих самых концертах берет в руки саксофон — представить такое в середине 10-х было невозможно). Альбом “Несчастные люди” — пожалуй, еще и самый лаконичный в дискографии ЛСП. Если распечатать тексты с него, стопка бумаг получится, по ощущениям, где-то вдвое тоньше, чем с “One More City”. Олег пришел к сонграйтерскому минимализму. Позвольте объяснить это через аналогию с танцевальной техникой. Есть танцоры, которые показывают сложнейшие связки, делая при этом вид, что их движения — это легко и просто. А есть профи, которые лицом переигрывают так, будто от груди 200 кг жмут. Савченко ближе к первому типу. Делает все обманчиво играючи. Паскаль, кажется, примерно о таком говорил: “Будь у меня больше времени, я бы написал покороче”.
Николай Редькин: Наверное, все тот же френч-тач в “Боди”. У меня какая-то особенная любовь к этой песне, не знаю даже. Когда послушал альбом, полез в фанатские чатики читать мнения о нем, вычитал панч “Я просто боди, что сшито по последней моде”. И он, конечно, работает на многих уровнях сразу, столько всего в нем запрятано. Все эти полотна текста, которые мы тут пишем, можно запросто выкинуть, оставить одно это короткое предложение — и всем все будет понятно.
Кирилл Бусаренко: Двигается к упрощению и так, что после трех прослушиваний я вспомню только 3-4 инструментала с нового альбома. Больше всего запомнился флюмовский “Не убежал”, потому что самый узнаваемый.
КАКОЕ МЕСТО ЛСП СЕГОДНЯ ЗАНИМАЕТ НА НАШЕЙ СЦЕНЕ? ЭТОТ АЛЬБОМ ЧТО-ТО ИЗМЕНИТ?
Карина Бычкова: ЛСП — один из самых значимых и заметных музыкальных проектов современности, у которого есть и народная любовь, и респект от профессионального сообщества. Но мне сложно представить, что в текущих застойных реалиях в принципе может выйти революционный альбом. Дело не в конкретных артистах, а в том, что сейчас сцена тяготеет не к новизне, а к ностальгии, и многочисленные реверансы нулевым тому пример: от эстетики того времени в клипах Lovv66 и Доры до целого альбома-референса nkeeei, uniqe и Artem Shilovets “2007” и хита “Плохая девочка” от Травмы, Skidri и Dvrklxght.
Леша Горбаш: Олег с коллегами потратили последние 10+ лет, чтобы определить, под что угорала молодежь. И этот альбом как будто ничего кардинально не изменит: ещё взрослеющая молодёжь продолжает угорать, а те, кто уже вырос — просто кайфуют от новых песен. Под такую музыку легче стареть помедленнее.
Андрей Недашковский: Олегу не интересно застаиваться в одном жанре, уходить в самоповторы, боясь растерять аудиторию, — и это достойно уважения. Только так и надо поддерживать настоящий огонь таланта (если это, конечно, не картонка с нарисованным камином, как у папы Карло).
Николай Редькин: Место хедлайнеров. Мне кажется, ЛСП повезло стать той музыкой, которую будут еще много лет открывать новые поколения слушателей — как Мумий Тролля или Земфиру. Тут проблема в том, что кому-то больше нравятся не хедлайнеры, а андердоги.
Кирилл Бусаренко: ЛСП уже не трендсеттер, а сеттлер. Это сознательно, это нужно иметь храбрость.
ДАЙТЕ АЛЬБОМУ ОЦЕНКУ ПО 10-БАЛЛЬНОЙ ШКАЛЕ
Карина Бычкова: 9
Леша Горбаш: 8
Андрей Недашковский: 8
Николай Редькин: 7
Кирилл Бусаренко: 6
ОЦЕНКА THE FLOW: 7,6
Самое популярное за неделю