Тексты
Интервью: Руслан Муннибаев

Пика: "Некоторые думают, что это героиновая музыка"

Еще один заметный ростовчанин рассказывает о своем пути в рэпе и брейке
Комментарии
0

Бывший бэк-мс Басты, закончив с работой на Газгольдере, вернулся в Ростов, где вновь занялся преподаванием брейкданса, а также выпустил два интересных альбома: "Пикассо" и "Аоки". Оказавшись в южной столице, The-Flow встретился с Виталием и поговорил с ним обо всем.

Что у тебя за занятия с детьми?


Брейкинг преподаю. Обратно перебравшись в Ростов, снова одну школу открыл. Еще есть команда новая, существует два года, я там танцую. Out Of Time называется.

Совсем маленькие? Разве сейчас есть такая популярность у брейка, чтобы в него шли самые маленькие?


Самому маленькому моему ученику 6 лет. У меня такой маленький детский сад свой. Самому старшему — 16. Брейк сейчас более чем популярен. И интерес к нему с каждым годом растет. Фишки и индивидуальность все больше проявляются.

Со стороны кажется, что наоборот. Я понимаю, когда появлялись такие клипы как “Freestyler” или у Da Boogie Crew, но это сто лет назад было. Почему сейчас люди идут танцевать брейк? Получается, они где-то его видят?


Только желание. Это совсем не зависит от возраста. Есть дети, которые уже в пять лет такие вещи вытворяют! Тут дело в желании внутреннем, в посыле. Тем, кто постарше, случайно попало на глаза. Например, мы танцуем на набережной летом на шапку, устраиваем джем. Линолеум, колонка, наша команда или сборная ростовская съезжается, все танцуют. Люди поддерживают, всем нравится. Кто-то записывает номер телефона, своих маленьких приводят к нам в школу.

За тверком не приходят к вам?


Есть школа тверка. У меня подружки танцуют, мне нравится.

Кстати, чемпионами мира по брейку недавно краснодарцы стали, да?


Predatorz — это сборная Махачкала-Баксан-Ростов, с Севера еще есть чувачки. Это сборная солянка. Мы с ними вместе танцевали еще в 2007 году, выиграли тогда интернациональный баттл между командами из России, Украины и Беларуси.

Финал Battle of the Year 2014


А что дает чемпионство мира брейкеру?


Хорошую рекламу, коммерческие предложения. Думаю, у них сейчас в этом плане все хорошо. Они все давно в Москву перебрались. У них у каждого сейчас есть школа, различные лагеря летние, куда танцоры со всей России съезжаются, судьями ездят по соревнованиям.

Как давно ты в этой теме?


С 14 лет. В девяносто восьмом я еще присматривался к этому, по кассетам учился. С другом лучшим на райончике начинали пробовать сами. Потом, в двухтысячном, пришли в школу первую, где Бэка (экс-диджей Басты) и Ираклий преподавали, сами танцуя до этого полгода. Ну и потом мы десять лет танцевали нашей командой, которая называлась Motormotion.

Ты прогрессируешь сейчас как танцор?


Прогрессирую. Стараюсь не отставать от той волны, которая сейчас уже базой считается. Она с каждым днем все наполняется и наполняется. То, что раньше танцевали Da Boogie Crew, где у каждого танцора была своя индивидуальность и каждый по-разному чувствовал свою фишку, теперь уже общепринятая норма. Сейчас стандарт — это локоть в спине, твисты, на пальцах и кулаках прыжки. Кто-то более растянут, кто-то быстр.

Когда ты впервые совместил брейк с рэпом?


В девятнадцать. К тому моменту мы, получается, танцевали уже лет пять. Бэка на тот момент был матерым диджеем, уже потихоньку перебирался в Москву. И мы решили попробовать вместе с Бэкой и Иракли, тоже из нашей команды человеком. Первые записи делали дома в караоке-микрофон. Первая команда у нас называлась очень специфически — MMDJANGA. Там свои кричалки были, я в хоккейной маске и балахоне читал.

Я ведь почему спрашиваю: брейкеры зачастую отдельно от рэперов существуют. Хип-хоп хип-хопом, но они никак не пересекаются.


Ситуация меняется потихоньку. Знаю людей, занимающихся брейкингом, хип-хопом, паппингом, которые параллельно являются еще и солистами рок-групп каких-то жестких, скримы фигачат. Но я понимаю, о чем ты говоришь. Ведь в основном те, кто музыкой занимаются, к танцам особого отношения не имеет.

Следующим твоим музыкальным шагом был переход на Газгольдер, правильно?


Половина нашей команды к тому моменту потихоньку в Москву перебралась. И вот я однажды спонтанно решил, проснувшись, что надо ехать. Собрал шмотки, даже взял с собой микроволновую печь. Жил почти год, давал какие-то мастерклассы. Чуть в какой-то там театральный балет не попал. И общался в то же время хорошо с Вадиком (Купэ), к Васе (Баста) в гости заходили. И музыкой продолжал заниматься. А потом как-то так получилось, что предложили на бэках побыть у Васи.

Когда ты жил в Ростове, ты как-то пересекался с Объединенной Кастой или Бастой?


С Васей иногда в клубе “Парадокс”, когда в этом клубе играл Бэка. Пересекались, когда я был очень маленьким, еще во времена вечеринок Объединенной Касты в “Команчеро”. Вася там тоже был, но мы особо не общались.

Что важно в работе бэк-эмси?


Синхронизация с солистом конкретная. Чтобы все четко было в плане речитатива. Надо попадать, успевать, ориентироваться. Вася ведь по-разному читает. Подстраиваться. Учиться.

Сложно было? Я был на концерте Васи в “Олимпийском”. И там бывало, он прямо кричал на звукарей. Музыкантами, было видно, местами недоволен. Бэк-эмси, по-моему, тоже.


Было разное. Тут ведь важны предпочтения одного человека, приходилось подстраиваться. Что-то терпеть.

Долго ты с ним работал? Какие поездки запомнились больше всего?


Три года приблизительно. Побывал во многих местах за это время, за что очень благодарен Васе. Дальний Восток, Лондон, Чехия, Мюнхен, в Австрии побывали. В Лондоне познакомился со своими дядей и сестрой. Первый раз в жизни увиделись. Это по папиной линии родня, в девяностых туда перебрались.

Ты использовал на концертах свои танцевальные навыки?


Да. В ходе концертов Вася всегда представлял публике людей, с кем он ездит на концерты. Бэку как диджея, хотя он тоже иногда делал брейкинг-выходы. Тати свои треки пела. Я делал соло-выход, даже несмотря на то, что иногда сцена оказывалась площадочкой два на два метра. Подстраивался, танцевал. Очень душевно все проходило.

Совместный трек с Ноггано и Витей АК-47



А почему сотрудничество прекратилось?


Общение прекратилось в какой-то момент. Синхронизация пропала. Я желал, чтобы мою музыку услышали, делал пятьсот тысяч битов, с которыми к каждому подходил. Очень трепетно относился, в общем. Это меня научило терпению. Понятно, многим интересно, что да почему теперь не на Газе, но эта тема личная. Перемены в жизни, касающиеся ухода из Газа, принял спокойно еще потому, что если бы не эта перемена, скорее всего, до сих пор бы не услышали моего первого альбома, музыка продолжала бы тихонько лежать в архиве. Как бы там ни было, я прошел там хорошую учебу, рад что был на Газе, много чего было и много хорошего.

У тебя в этот период ничего не выходило, правильно?


Да. Причем записано было уже много материала. Потом я собственными силами выложил сборничек “Гимны о пути Драма”, он из семи треков состоял. Туда входил “Move”, клип на него, состоящий из танцевальной хроники, я сам дома смонтировал. Потом “Путь Драма” на Газгольдере сняли — Вася снимал, а Рустам (Романов) держал лампу.

Не страшно было уходить от гарантированных гастролей, работы и принадлежности к довольно крупной музыкальной компании? Не хотел как-то в Москве зацепиться?


Остаться в Москве не хотел, желание было только дома быть. Я продолжал тренироваться все так же. И большинство материала писал именно в Ростове, на домашних студиях. Большей частью я ездил отсюда на гастроли, мы даже пересекались иногда с остальными пацанами в аэропорту. Каждый сейчас на своем месте, я считаю. Так должно было быть. Я не то чтобы категорически не готов переезжать в Москву, просто считаю основную часть намеченных целей по музыке можно продолжать реализовывать в Ростове, время от времени приезжая погостить в Москву.

Как был принят твой первый альбом?


“Пикvsso”? Я видел много положительных отзывов. Я в него вкладывал определенные чувства. Я считаю, когда так делаешь — всегда найдутся благодарные слушатели, которые способны воспринять это. Кого-то это может вдохновить. Музыка там большей частью была моя. Что-то я писал совместно с Flying Monkey, это битмейкер из Новосибирска. Кое-какие инструменталы — моего друга, Леши Плоти. Очень перпективный битмейкер, я сам сейчас вообще минусами мало занимаюсь. На новом альбоме один только мой минус, на других частично аранжировкой занимался. Все потому что нашли общий язык с ребятами. Меня устраивает то, что они делают. Сейчас я больше времени уделяю текстам.



Дебютный сольник Пики


На первом альбоме у тебя есть строчка “Меня могут не понять даже те, кто меня знает”. А как так? В творчестве стремишься все шифровать?


Хоть я и пишу образами, но стараюсь их донести так, чтобы в одном четверостишьи уместилось то, что умещается в целой песне. Можно в одну строчку вложить то, что порой не скажешь и целой песней. Все достаточно понятно. Кому-то, близкому мне по восприятию слушателю, удается понять на лету, другие думают, что это какая-то героиновая музыка. Это музыка настроения, передача темпа. Для меломанов, наверное.

Чем, по твоему мнению, первый альбом отличается от второго?


Считаю, что второй альбом, “Аоки”, достаточно сильно дополняет первый. Это является симбиозом, потому что я люблю разную музыку и вырос на разной музыке, поэтому я совмещаю все. Я могу совместить хаусовый биточек и народный напев, мантру какую-то прикрепить. Все в жизни едино.



По своему опыту ты уже знаешь, что значит жизнь популярного артиста, но при этом ты понимаешь, чтобы этого достичь, надо стать чуть понятнее. У тебя есть амбиции стать выступающим рэпером? Если есть, готов ли ты делать более доступную музыку?


Амбиции есть. Желание есть. Выступать, давать концерты — всегда этого хотел. Я стараюсь писать понятнее. Альбом “Аоки” в этом плане стал проще. Я сравниваю это все с брейком, потому что и от музыки хочется каких-то фишек определенных своих, индивидуальных моментов. Что у тебя внутри есть — то и выдаешь в музыкальном плане, в движении, в танце. Это все едино.

Насколько я знаю, у тебя сольных концертов пока, считай, не было.


Вот в Екатеринбурге один был. Потому что я сейчас вообще концертами не занимаюсь, хоть предложения и продолжают поступать. Из Украины пишут, из Беларуси организаторы. Я искал человека, который бы занимался организационными моментами, уже собирался с букинг-агентством сотрудничать, но сейчас вот у меня появился концертный директор. Созванивались недавно с Каспийским Грузом и они пригласили меня к себе на лейбл.

Что они тебе предложили?


Все по-простому. Без каких-то там бумажек, на взаимной симпатии мы изначально сошлись. Мне нравится их музыка, им — моя. Мы друг у друга можем чему-то научиться. Появился концертный директор. Появились люди, которые будут следить за распространением информации в интернете.


То есть, они не снимают тебе клипы? Не занимаются другими вещами, чем лейблы по идее должны заниматься?


Ну наше ведь сотрудничество началось совсем недавно. По концертам — редактировали недавно райдер, который у меня был. Персики туда внес, маракуйю (смеется).



Какие-то есть в планах совместки?


С Тандемами намечается совместочка. Поучаствую, думаю, на их альбоме. Вообще душевные пацаны. Общаемся еще с тех пор, как ездили вместе на гастроли, познакомились в Москве. С Чемоданами совместные работы в скором времени,и с Джонни Бонгзиллой обязательно еще будут эксперименты. Я на его биты сейчас тоже пишу кстати, Джонни классно чувствует музыку! Еще возможно, с Жарой наметится что-то. С Каспийским Грузом.

А вот они же, тебе в противовес, совсем понятные.


Импонируют мне тоже в этом плане. Интересные. Со своей изюминкой чуваки.

Новые релизы не ждать?


Осенью будет понятнее. Пока будут совместки выходить. Вот на трек “Сок”, который лежал несколько лет, будем снимать материал (премьера клипа состоялась сегодня на The-Flow)



comments powered by Disqus
Самое популярное за неделю
Под раздачу снова попали "Скриптониты, Фараоны, Ти-Фесты".
Сегодня в инстаграме Гуф нашел, что сказать о многих коллегах. В том числе, о Василии Вакуленко, которого Алексей обвинил в бездействии, когда ему требовалась помощь из-за наркотиков.